Зачем огород городить? Эйша, я к вам обращаюсь. Я могу понять цели Ордена и Миледи. Тайгора-да, моя наставница, руками Эгрины решает проблемы евгенической программы, и я больше чем уверен, биоматериал, м-м, семя дроу в стазисных емкостях уже передано по этапу с доверенными лицами куда надо. Это, Эльгранд, я к слову о племенных жеребцах. Я с пониманием отношусь к проблеме диспропорции между женщинами и мужчинами, и догадываюсь об оплате, которую предложили орки: девушки детородного возраста с магическим даром. Два поколения и дети полукровок будут нести в себе три четверти крови темных эльфов, вобрав в себя лучшие черты обоих народов, как сила, ловкость, владение магией, неприхотливость и плодовитость.
Честный размен, к слову, но дальнейших игр я не понимаю. Зачем? Встретились вы друг с другом, нашли общие точки соприкосновения, перетёрли, договорились и ударили по рукам. Что я могу сказать: молодцы! Я серьёзно, ничего предосудительного здесь нет. Меня задевает тайна, состряпанная из этого за моей спиной, и попытки исподволь подвести к строительству храма Ллос. Если я чего-то не понимаю или что-то не так сказал, так объясните мне, пожалуйста, что?! Молчим, та-ак, просто замечательно… Я никого не держу, одно слово, повторный кровный ритуал и вы свободны, как птицы в полёте.
Элиэль поспособствует с порталом и дорогой в одну сторону, Анклав ждёт вас с распростертыми объятиями. Что вы так побледнели? Не нравится перспектива обратно влиться в ряды родного племени? Что так? А-а-а, кое-кто успел отдавить все больные мозоли всем причастным и непричастным, ну, это не мои проблемы, господа.
Тяжёлым прессом на гостиную опустилась давящая тишина.
Застывшие на своих местах дроу пытались определить, шутит владыка или нет, и насколько он серьёзен. Короткий анализ мимики, положения тела и взглядов, которыми хозяин одаривал гостей, говорили не в пользу темных эльфов — слова, произнесённые Беловым, были так же далеки от шуток, как звёзды от Земли. К тишине незаметно начал подмешиваться страх, порождаемый неопределённостью будущего, только-только обретшего форму. От картины, возникшей в мыслях старейшин, кожа дроу покрылась гигантскими мурашками, размеру которых способствовала царящая в помещении атмосфера и арктический холод, накатывающий волнами от прихлёбывающего жасминовый чаёк Владыки.
Страшил не холод, страшило равнодушие. Человеку — Владыке Леса, было всё равно, что с ними будет и что с беженцами сделают в Анклаве. По сути дела он только что вынес им всем приговор и винить за это некого. Только себя! Древние сказания, что гонцов, принёсших плохие вести убивали на месте, неожиданно начали обретать плоть.
