Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

— Прямо сейчас трезветь? Обидно же, Сиятельство. Я треть старых запасов извёл. А теперь всё разом из крови выводить.

Ратибор немного лукавил — в данном случае алкоголь требовалось выводить не только из крови. Он воздействовал на сам энергетический каркас, вводя в состояние опьянения даже разумных равных по силе Алвину. Чем-то напоминал вино, которое готовил Вакх. Потом надо будет обязательно узнать, откуда у него секрет его приготовления.

Я уже собирался напомнить ему о приоритетах, когда в голове всплыл ещё один момент, который давно хотелось прояснить. Но стоило зайти о нём речи, как патриций норовил отшутиться и ни в какую не желал говорить серьёзно.

— Князь, а помните университет вашего имени в Петербурге? Всё же скажите, что за существо заперто в библиотеке?

Тот на момент отвёл взгляд в сторону и чуть поморщился.

— Существо… Ну разве можно так о человеке, Сиятельство? Да ещё родиче моём.

Не успел я осознать услышанное, как он продолжил.

— Бабуля там моя. И не заперта она, а на отдыхе. Решила годков на пятьдесят убраться подальше от живых людей. Больно злило её всё.

Во взгляде Алвина появился неподдельный интерес и тот наклонился чуть вперёд.

— А ей там не скучно? Полсотни лет только и знать, что читать книги.

Оболенский посмотрел на него с выражением полного непонимания на лице.

— Какие книги? Она и читать-то не слишком любила. У неё там что-то вроде ментального отдыха. Сидит в своей собственной голове, рисует картину идеального мира. Ну такого, знаете, где старшим в ноги кланяются, девочки до свадьбы стонать от удовольствия не изволят, а мужчины только и знают, что носят им цветы да комплиментами сыпят. И даже помыслить не могут, чтобы значит, руку на девичий зад положить.

Я осторожно кашлянул. Если там и правда его бабушка, то как-то непохоже, чтобы она наслаждалась происходящим. По крайней мере в прошлый наш визит, её поведение было далеко не самым дружелюбным. К тому же, она явно не была способна развернуться в полную силу.

— Ратибор, а сколько она уже там сидит? И если это добровольно, то ради чего такая защита вокруг?

Полковник повернул ко мне голову.

— Контур защитный, это чтобы случайные выплески силы университет не повредили. Да и внутри там кое-чего имеется, чтобы она ненароком кого из студентов в кровавую пыль не превратила.

Замолчав, подкрутил правый ус. Подумал.

— А она на отдых отправилась, когда мне только за два века перевалило. Так что выходит…

Осёкшись, помрачнел. С хмурым видом и лёгкой паникой в глазах, поочерёдно крутанул усы.

— Выходит, что навестить её пора. Может сдерживающие плетения сильными слишком оказались и она уже рада бы выйти, да не может. К ней Костя должен был наведаться ровно через пятьдесят лет и узнать, как дела. Да вот только женился он.