Страж Вьюги и я

Это как встречаешь ожившую легенду, а потом и вовсе прикасаешься к ней. До сих пор в голове не укладывается, что видела настолько страшный и одновременно восхитительный бой!

– Да, на первом этаже нашла.

Света звезд, проникающего в окно, мало, чтобы рассмотреть собеседника, но я пыталась. Пыталась отыскать характерные для темных черты: острые скулы и подбородок. И не видела их – отвлекала борода, которую я так и не потрогала.

– Вторая уборная напротив твоей спальни, – будто ничего не произошло, объяснил безмятежный страж. – А купальня сразу за кухней.

– Хорошо, с-спасибо. – Голос мой вновь сорвался, выдавая волнение.

Отведя в спальню, Фрост внезапно обхватил мое лицо ладонями и мягко, вкрадчиво произнес:

– Изольда, тебе приснились волколаки, которых я победил ледяными «иглами» и «копьями». Сон, Изольда, все, что ты видела, – сон.

Ага, как же… такой бой я ни за что не забуду.

Помолчав мгновение, Фрост добавил:

– И это тоже приснилось.

Его губы накрыли мои.

Я оцепенела, ошалела от шквала чувств. Удивление, испуг, удовольствие, восторг – все смешалось.

Кромешник сомнениями не мучился – целовал уверенно, ненасытно, требовательно убеждая мои губы открыться. И я поддалась, позволяя себе и ему делать, что хочется.

Одна рука Фроста запуталась в моих волосах, вторая без спешки путешествовала, лаская, по спине.

Прижимаясь к мускулистому торсу, я затерялась во времени. Мир сузился до теплых объятий. Поцелуй отправил разум в отключку. И я жила чувствами и ощущениями. Ощущениями мягких губ, прохладных ладоней…

Все испортил мой стон – Фрост резко отшатнулся, тряхнул головой.

– До утра спи крепко, – хрипло велел он.

И в голосе его я четко расслышала неподдельное сожаление.

Изо всех сил противясь обидному приказу, я закрыла глаза. Мир вокруг поплыл. Положив меня на кровать и укутав одеялом, страж погладил по щеке и ушел.

А дальше – тьма. Не Кромешная, которой он служил. Обыкновенная…

Наваждение… Наваждение, которому удалось противостоять.

Он поступил низко, целуя ту, что ему не принадлежала, но находилась под его защитой.

Что на него нашло? Хотел бы знать, что побудило к безумству. Еще кипевшая после боя в жилах кровь? Пробуждающиеся чувства случайно излились на фиктивную жену, раз незнакомка далеко? Или пора уходить?

Фрост подошел к зеркалу и внимательно вгляделся в угрюмое лицо.

Что-то странное творилось с ним. Вместо эйфории испытывал злость на себя. Значит, это не пробуждение, но и на превращение в безумного монстра не похоже. Да и артефакт не позволил бы сорваться во тьму. Еще рано.

Наваждение… На кого или на что грешить за свою несдержанность?

Может, виновата картинка, намертво отпечатавшаяся в памяти? Видение Изольды, явившейся на кухню босиком.