Страж Вьюги и я

Да что хорошего в шоке?

Когда кромешник вновь попытался обнять, я не сопротивлялась. Силы закончились, как и удивление.

Его объятия дарили тепло и ощущение защищенности. Руки гладили по спине нежно, чувственно, прогоняя тревогу и будя неуместные желания. Если поцелует, я успокоюсь быстрее. Испугавшись своих странных устремлений, отстранилась и заглянула Фросту в глаза, сейчас напоминающие черные провалы. Зря я это сделала: омуты затягивали, подчиняли…

С трудом опустив голову, я сунула холодный кругляш в широкую ладонь.

Уставившись на украшение, обвившее пальцы стальной цепочкой, Фрост вздохнул с облегчением.

Тьма отступила, выпустив нас двоих из коварной западни.

– Мы спешим, как проклятые, а они тут прохлаждаются! – Раздраженный вопль будто ударил по спине. – Ночь была жаркой, раз полуголые бегаете?

К поляне подъехал наш спасательный отряд. Йохан конечно же впереди. И какое же злющее у него лицо – мне почему-то стало неловко и смешно одновременно.

Фрост выступил вперед, но прятаться за его спиной я не собиралась.

– Невероятно жаркой! – подтвердила с вызовом. – Особенно дал жару снежный волот.

– Какой к шмырям волот? – Йохан верещал, как обманутый жених, поймавший на сеновале невесту с другим.

Стражи спешились. Обеспокоенный Лонард вместе с целителем направился к нам. Бур же что-то рассматривал на снегу.

– Волот был! Я вижу отпечатки ног.

Понятно, что стражи бросились к нему.

– Ого, какая лапища!

– Это точно волот, а не медведь?

– Протри глаза, это след огромной ступни, а не звериной лапы!

Фрост коснулся моего плеча:

Я кивнула, соглашаясь. Тепловой кокон берег от переохлаждения, но заменить верхнюю одежду надолго не мог, да и стоило использовать резерв для создания щитов, а не обогрева.

В снежной пещере я быстро оделась и принялась собирать наши вещи.

Любопытство – второе имя мага. Я не удержалась и открыла флакон Фроста. Капельку на палец… Понюхав, а затем лизнув, я узнала характерный аромат и горечь полыни, бессмертника, мяты, волчьего листа. Странно, одни травы успокаивали, другие тонизировали. Неужели секрет невозмутимости Фроста крылся в этой крохотной бутылочке? А может, именно она виновата, что он не может найти свою избранницу? Когда эмоции нарочно подавляют, стремясь управлять ими, многие замечательные вещи в жизни проходят мимо.

Спрятав зелье в рюкзак, завершила сборы. Набросив на наше имущество «воздушную петлю», легко выдернула ее, когда выползла на поверхность.

Разговаривающий с коллегами Фрост мой маневр заметил и кивнул, благодаря. Сам он одеваться не спешил, молча изучал следы волота вместе с остальными. И что смешно, интерес стражей понятен – следы волота увидеть удается редко.