Строптивая жена темного принца (СИ)

Верхняя петелька соскочила с жемчужной пуговицы.

— Я помогу, — Райнхарт сделал шаг ко мне. Его пальцы ловко высвободили остальные пуговички и платье повисло на моих плечах. — Иди сюда.

Принц с легкостью взял меня на руки. Я обняла его за шею, ткнулась носом в плечо и втянула его запах. Вереск. От этого аромата кружилась голова. А может это все проклятие.

Райнхарт бережно положил меня. Принялся снимать с меня туфли, а я… Метка все еще властвовала надо мной. Вместо того, чтобы устыдиться или как-то упростить задачу моему жениху.

Я принялась махать ногами, как пьяная. Юбка задралась, обнажив ноги до самых бедер. А я даже не подумала прикрыться.

Лежала, прикусывала губы и забавлялась от того, с каким вожделением смотрел на меня мужчина.

Как его изумрудные глаза покрылись пеленой желания. Как напряжены его бедра, какими узкими и неудобными стали для него брюки.

Мне в голову пришла безумная мысль. Положить ладонь ему на пах. Пощупать. Я потянулась к нему, но Райнхарт успел перехватить мою руку.

— Облизать и поцеловать метку, говоришь, — повторил он, сощурив глаза. Точно ждал подвоха.

— О да, — я раздвинула ноги, будто спина находилась именно там.

— Хорошо, — принц бережно, словно боясь причинить мне малейшее неудобство, но в то же время настойчиво перевернул меня на живот и сел сверху.

Мое непослушное тело выкинуло новый фокус. Я изогнулась и оттопырила попу, упершись ему в пах ягодицами. Это было слишком провокационно!

Но Райнхарт каким-то чудом никак не среагировал на это. Он вообще отличался невероятным терпением. Хотя я чувствовала его напряжение. Принц, как и я, сгорал от желания.

Без лишних слов мужчина склонился ко мне. Я не видела, но чувствовала, как он перенес вес. Как уперся ладонями в кровать справа и слева от меня, словно заточив в ловушку.

Его горячее дыхание обожгло кожу. Я замерла в ожидании прикосновения. Застыла, как заколдованная принцесса из детской сказки.

— Пожалуйста, пожалуйста, — повторяла я, умирая от жажды.

Губы принца коснулись моего плеча в невесомом поцелуе, вызвав волну трепета.

— Ох… да… сейчас, — я сходила с ума от предвкушения.

Райнхарт вел дорожку из поцелуев к печати, а я стонала под ним. Умоляла не останавливаться.

— Еще, еще, ниже, — я извивалась под ним. Дергалась, стараясь сделать все, чтобы его губы поскорее соприкоснулись с пылающими линиями.

Наконец Райнхарт поцеловал первый символ.

Поцелуй обернулся блаженством. Обжигающий жар разлился под кожей в месте символа. Отчего по телу пробежала волна трепетных мурашек.

От накатившего удовольствия я издала громкий стон. Не могла себя сдержать. Не хотела.

Конечно, где-то в той части сознания, что осталась не тронута темным проклятием, я понимала, как все это неправильно.