Ступа с навигатором

Вроде ничего обидного, но ранее супруг обращался к жене – Дашуля, Дашенька. А тут вдруг переименовал. Я попросила Макса:

– Сделай одолжение, не говори Дашенция.

– Почему? – изумился Полянский.

– Просто не нравится, – честно ответила я.

– Извини, конечно, перестану, – пообещал Макс.

Но все равно из него пару раз в день вылетало: «Дашенция». Прошел, наверное, год, и мы решили разойтись, но сохранили дружеские отношения. Я дала себе честное слово, что более никогда не пойду в ЗАГС. Зверушка Даша Васильева в неволе не живет. Слово я не сдержала. А Макс преспокойно женился вскоре после того, как мы оба стали свободными людьми. Очередную его супругу, то ли пятую, то ли шестую, а может, восьмую… Простите, много лет прошло, забыла, какой я была женой Макса по счету. Интересен не номер, а имя. Мою сменщицу звали – Дарья. Я вспомнила, как на заре нашего брака Полянский сказал:

– Рыжовы разводятся!

– Да ну? – удивилась я. – Такая хорошая пара, любят друг друга.

– Петька идиот, спалился, – захихикал Макс, – завел амур с бабой. Он брак рушить не собирался, Аня его полностью устраивала. Но потянуло козла на молодые цветочки. Петя шифровался почище Штирлица. Он не впервые налево сворачивает, умеет следы заметать, Анька ничего бы и не заподозрила. Да недавно утром супруга его будить стала:

– Просыпайся, милый, тебе давно пора уходить.

Анька-то про работу говорила, а Петяха сквозь сон: «Катя, уже восемь вечера? Или еще шесть? Что-то глаза не открываются!» И через пять минут ему на морду лица ледяная вода хлобысь! Петя как заорет: «Катька, дура! Офигела!» Глаза открыл, а он дома, у постели Анна с пустой кастрюлей. Как даст посудиной мужу по макушке. Развод и девичья фамилия. Мораль: ищи любовницу, тезку жены!

Я тогда засмеялась, а зря. Потому что Макс применил сие правило ко мне. Он-таки нашел себе «Дашенцию». А Дегтярев обзавелся Мариной! Ну, заяц, погоди! Шум поднимать не стану! Подруге ничего не скажу. Но сейчас без стука войду в комнату толстяка и разберусь со сладкой парочкой. Негодование охватило меня с такой силой, что я пнула дверь ногой и вбежала в небольшой холл. Справа от него располагается кабинет полковника, слева спальня, прямо туалет.

– Кто там? – занервничал полковник, выглядывая из опочивальни. – О, привет!

– Уже здоровались, – процедила я сквозь зубы и всунулась в кабинет. Пусто.

– Что тебе надо? – начал сердиться Александр Михайлович.

Я, быстро отпихнув его в сторону, вошла в спальню и пробормотала:

– А ты кого у меня рассчитывала увидеть? – начал сердиться полковник.

Из кабинета понеслась веселая мелодия, Дегтярев поспешил к телефону. Я осталась одна в помещении и кинулась к занавескам. За драпировками никого. Под кроватью и в шкафах пусто.