Судьба шута

Думаю, он упоминает Фитца, чтобы наша группа смогла ответить на вопросы: какова разница между правителем, обладающим Уитом, и тем, у которого этого дара нет? Как сложилась бы судьба Шести Герцогств, если бы Фитц тогда пришел к власти и его не казнили за обладание Уитом? Если когда-нибудь наступит благоприятный момент и я смогу открыть, что я принадлежу к Древней Крови, как это отразится на Шести Герцогствах? И что выиграет мой народ, если им будет править человек, наделенный Уитом? И как может помочь мне группа Уита, когда я взойду на трон?

– Когда ты взойдешь на трон? – резко спросил Чейд.

 – Неужели их амбиции так сильно нас опережают? Сначала они говорили, будто хотят помочь тебе в твоем испытании и показать Шести Герцогствам, что Уит можно использовать на благое дело. Они что, предполагают оставаться твоими советниками и после того, как все закончится?

Дьютифул нахмурился, глядя на Чейда.

Когда старик раздраженно насупился, я решил, что пора вмешаться.

– Мне это кажется только естественным, особенно если их усилия помочь принцу во время испытания будут успешны.

Использовать их, а потом отшвырнуть в сторону политически неразумно – ты сам учил нас рассматривать все возможности и варианты.

– Ну… наверное, – неохотно проворчал Чейд. – Если они действительно докажут, что от них может быть польза, они могут рассчитывать на некоторое вознаграждение.

Принц заговорил совершенно спокойно, но я почувствовал, что он с трудом сдерживает гнев.

– И что, по твоему мнению, они должны были бы попросить в качестве вознаграждения за свою помощь, будь они группой Скилла?

Его вопрос прозвучал настолько в стиле Чейда и он так ловко расставил своему наставнику ловушку, что я чуть не рассмеялся вслух.

– Но это же совсем другое дело, – возмутился Чейд. – Скилл является твоей наследственной магией, к тому же он значительно сильнее Уита. Только естественно, что будешь держать членов своей группы при себе, принимать их помощь и советы… – И тут он замолчал.

Дьютифул медленно кивнул:

– Древняя Кровь – тоже моя наследственная магия. И я подозреваю, что мы очень мало о ней знаем. Чейд, я испытываю доверие и чувство товарищества к тем, кто ее со мной разделяет.

Как ты сам сказал, это только естественно.

Чейд открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыл его. Потом снова открыл и снова промолчал. Когда же он заговорил, в его голосе слышалось восхищение:

– Хорошо. Я готов принять твою логику. Это вовсе не означает, что я согласен, но я ее принимаю.

– А большего я и не прошу, – ответил принц, и в его словах я снова услышал эхо властности будущего монарха.

Чейд попытался выместить свое раздражение на мне.