Судьба шута

Почему он теперь напевает вслух? Он изменился, а я не люблю изменений, в особенности тех, которых не понимаю.

– Жизнь есть изменение, – безмятежно заметил Шут. – А смерть – еще большее изменение. Я считаю, что мы должны спокойнее относиться к переменам, Фитц.

– Мне надоело мириться с заведенным порядком вещей! Я делаю это всю свою жизнь.

Бросив одеяние Элдерлингов на постель, я тяжело опустился рядом с Шутом, заставив его поджать ноги. Сняв рукавицы, я протянул руки к огоньку свечи, надеясь хоть немножко согреться.

– Ох, перестань. – Я поджал колени, обхватил их руками и положил на колени голову.

 – Давай не будем говорить об этом сегодня. О чем угодно, только не об этом. Пожалуйста. Сегодня я не хочу и не могу думать о выборе и об изменениях.

– Хорошо, – мягко ответил Шут. – А о чем ты хочешь поговорить?

– О чем угодно. О тебе. Как ты сюда добрался, что делал после того, как мы оставили тебя в Баккипе?

– Я же сказал. Я прилетел.

Я поднял голову и бросил на него мрачный взгляд. Он вызывающе улыбался. То была прежняя улыбка Шута, обещающая правду, когда он бессовестно лгал.

– Нет, ты не прилетел сюда.

– Ладно. Если ты так говоришь.

– Должно быть, Кетриккен вопреки советам Чейда помогла тебе найти подходящий корабль. И ты приплыл сюда на корабле с птичьим названием. – Я строил догадки, понимая, что за его словами должна таиться хотя бы толика правды.

– На самом деле во время нашей короткой встречи Кетриккен посоветовала мне остаться в Баккипе. Мне показалось, что ей хотелось сказать совсем другое. А дальше мне просто повезло, когда я встретил пришедшего в Баккип Баррича. Но раз уж я согласился рассказать тебе всю историю, позволь мне сделать это по порядку.

Давай вернемся к тому моменту, когда мы виделись с тобой в последний раз. Когда мне показалось, что ты поспешил ко мне на помощь.

Я поморщился, но он спокойно продолжал:

– Начальник порта призвал городскую стражу, которая быстро и эффективно перенесла на берег вещи лорда Голдена. Как ты догадываешься, они сумели меня задержать до отплытия вашего корабля. Потом меня отпустили с бесконечными извинениями, всячески заверяя, что допущена ужасная ошибка. Но вскоре все узнали об этой истории. К тому моменту, когда лорд Голден вместе с багажом вернулся в свое жилище, явились кредиторы, уверенные, что он пытался покинуть город, не расплатившись с ними.

Тут они были совершенно правы. Кредиторы с радостью конфисковали все мои вещи, за исключением одного мешка, в котором осталось только самое необходимое, – лорд Голден оказался достаточно прозорливым, чтобы оставить его в замке.

Маленький медный чайничек закипел. Шут снял его с огня и заварил чай.

Я не удержался от улыбки и обвел рукой шатер:

– Только самое необходимое.