Судьба шута
Я заставил себя отвлечься от голода, ноющей спины и беспокойства из-за потерянного Скилла и сосредоточился на старике.
Я увидел его так же четко, словно он стал моим охотничьим трофеем. Я наблюдал за тем, как он сидит, выпрямив спину, будто она у него так болит, что он даже не может расслабиться и откинуться на спинку, как он ест, не снимая перчаток, какую-то бледную кашицу. Его лицо было словно палитра художника – любителя контрастов: красные нос и щеки и бледный замерзший лоб. А в следующее мгновение я разглядел одиночество, которое, словно тень, тянулось за ним с самой ранней молодости.
– Что? – неожиданно вскинулся Чейд, и я вздрогнул, запоздало сообразив, что не свожу с него пристального взгляда.
Я попытался найти ответ, а потом сказал:
– Я думал о том, сколько раз я вот так сидел напротив тебя, но ни разу не сумел по-настоящему увидеть.
Чейд вытаращил глаза, словно испугался моих слов, а потом нахмурился и заявил:
– А я надеялся, что ты думал о чем-нибудь полезном. Вот о чем размышляю я: Риддл и Хест так и не вернулись, хотя им уже давно следовало быть здесь.
– Я боюсь худшего, – продолжал он. – Нам придется еще кого-то туда послать, не только для того, чтобы найти Риддла и Хеста, нам нужны припасы.
– Он там, – заверил его принц. – И мы приближаемся к нему с каждым днем.
– Если я буду делать один шаг в день в южном направлении, я приближусь к Баккипу, но никто не сможет мне сказать, когда я туда доберусь.
– Олуха и Шута? Почему?
Ответ казался ему совершенно очевидным.
– А кого еще я могу без потерь освободить от работы? Оказавшись далеко от дракона, Олух, возможно, придет в себя.

















