Судьба шута

В полной темноте раздавались лишь шорох оседающего снега и наше неровное дыхание.

– Где мы? – с трудом переводя дух, спросил я, и мне самому мой голос показался мышиным писком.

Мы больше не цеплялись друг за друга, но стояли достаточно близко, почти соприкасаясь телами. Потом Шут наклонился, и я почувствовал, как он что-то делает. В следующее мгновение у него на руке зажегся бледно-зеленый огонек. Я заморгал, а когда глаза немного привыкли к свету, сообразил, что он льется из маленькой коробочки, которую Шут держит на ладони.

– Его хватит ненадолго, – предупредил меня Шут, чье лицо показалось мне мертвенно-бледным в нереальном зеленом сиянии.

 – Это магия Элдерлингов, очень дорогая и редкая. Не все свои деньги я растратил на бренди и азартные игры. Довольно большая доля моего состояния лежит сейчас у меня на ладони.

– Благодарение богам, – обрадованно сказал я.

Неожиданно я подумал, что, возможно, именно эти слова Уэб имел в виду, когда говорил о единственной истинной молитве, обращенной к богам. Несмотря на то что свет был тусклым и каким-то нереальным, он нес утешение, и его хватило, чтобы мы смогли рассмотреть лица друг друга.

Шуту удалось не потерять свою шляпу. Его заплечный мешок висел на одной лямке, вторая, видимо, оторвалась во время падения. Удивительно, что его поклажа вообще уцелела. Я же перевязь с мечом и то потерял. Шут снова закрыл свой заплечный мешок, и мы несколько мгновений молча вытряхивали снег из одежды. Только после этого мы принялись оглядываться по сторонам, пытаясь понять, где оказались.

Ничего толком нам разглядеть не удалось. В тусклом свете мы видели лишь путь, которым попали сюда, и друг друга.

Похоже, мы оказались в пещере подо льдом, но света не хватало, чтобы увидеть ее стены. Наверху тоже царил мрак. Вероятно, поток снега запечатал щель, в которую мы провалились. И тут я вдруг вспомнил.

– Олух! О Эда, надоумь его сообщить Чейду и Дьютифулу о том, что с нами произошло. Надеюсь, он останется на санях. Но что с ним будет, когда наступит очень холодная ночь? Олух! – неожиданно заорал я, представив себе, как маленький человечек сидит один на санях посреди ледяного мира.

– Тише! – резко выдохнул Шут. – Если он тебя услышит, он слезет с саней и подойдет к трещине.

Успокойся. Ему грозит гораздо меньшая опасность, чем нам, и, боюсь, тебе придется предоставить ему справляться самому. Он обладает Скиллом, Фитц. Он тугодум, но не полный дурак, и у него будет достаточно времени, чтобы решить, что делать дальше.

– Наверное, – не стал спорить я, но сердце у меня все равно болело за маленького беспомощного человечка.

Как некстати, что я лишился Скилла!

И тут я вдруг испытал острую боль, вспомнив, что со мной больше нет Ночного Волка.