Свет между нами

На наших прогулках он обычно слегка напряжен.

– Ты уговорила его прогуляться? На улице?

Я зажмурилась, сдерживая готовые пролиться слезы. Люсьен уже как несколько недель уехал по делам, и я об этом тоже забыла.

– Боже, я даже не успела рассказать тебе о том хорошем, что произошло за все это время, а теперь он потерялся…

– Шарлотта, – Люсьен понизил голос, словно не желая быть услышанным кем-то. – Я в Коннектикуте. В резиденции Лейков. Я только прибыл и не могу уехать, не вызывая подозрений. И не хочу беспокоить родителей Ноя без веской на то причины.

– Хорошо, – прошептала я. – Что мне делать?

– Для начала успокоиться. Твое самобичевание никому не поможет. Ты не виновата в том, что Ной ушел из дома. Однако учитывая его состояние, я советую тебе обратиться в полицию.

– О боже, – я непроизвольно прижала ладонь к животу. – Хорошо. Позвоню в полицию и обыщу улицу поблизости. Я сойду с ума от бездействия.

– Береги себя, дорогая. Позвони, как только появятся новости.

Я нажала отбой и набрала номер полиции. Дав полицейским описание Ноя, я организовала свой собственный поисковый отряд из одного-единственного человека: себя. Сначала я пошла по улице на восток. В паре кварталов отсюда располагалось довольно много магазинов и ресторанов. Может, Ной решил заглянуть в один из них. Однако позитивные мысли рушил тот факт, что Ной и передо мной ел довольно скованно.

Над головой прогремел гром, юбку взметнул сильный и влажный ветер. Назревала гроза. Я поспешила по улице, обшаривая все вокруг взглядом. На Амстердам-авеню было темно, и я направилась дальше – к авеню Колумбус, шумному и залитому свету, где магазины еще не закрылись.

– Так много всего кругом, – бормотала я. – Одна я его никогда не найду.

В это мгновение небеса разверзлись и полил дождь.

Я отправилась в обратный путь и домой вернулась, промокнув до нитки. От открывшейся глазам картины екнуло сердце и перехватило дыхание.

Хлещущий серебристый дождь заливали красно-синие огни. Два полицейских вышли на крыльцо таунхауса, спустились по ступенькам и направились к патрульной машине. От ужаса кровь в жилах заледенела. «Они приехали сообщить новость. Самую худшую новость на свете…»

Я торопливо нагнала полицейских.

Больше я ни слова не могла произнести. Стояла, дрожа в промокшей насквозь одежде, ожидая, когда полицейские, филиппинец и афроамериканец постарше, скажут, насколько все плохо.

– Мэм? – обратился ко мне филиппинец. Судя по жетону, Флорес. – Вы здесь живете?

– Ной Лейк? Да, только что подвезли его, – сказал второй офицер с именем Брант на жетоне. – Забрали его в Куинсе. Он слегка помят, но в принципе не пострадал.