"Святые" 90-е Пионер – том первый

Где-то рядом мужские голоса. Говорят не громко, но вроде как спорят.

Шапки с прорезями для глаз с собой не было, не взял, поэтому присел, достал из кармана галстук, уже привычно повязал вместо маски, на случай если в доме посторонние, ну и для ускоренного развязывания языков. Тут ведь как, когда человек видит что от него скрывают лицо, до последнего надеется что его не убьют, выбалтывая всё что надо и не надо. Ибо зачем перед смертником прятаться?

Проверив надёжность «маски», достал пистолет, накрутил глушитель и толкнув дверь, зашёл в сени.

Никого, наверное пошли дальше водку пить.

— Тихо сидеть! — рявкнул, врываясь в комнату со столом.

— Руки чтоб я видел!

Переглянувшись, мужики подчинились.

— Встали! Лицом к стене!

Снова обменявшись недоуменными взглядами, так же молча поднялись, и стояли не дергаясь, пока я их обыскивал. Кстати, результативно.

Не считая хлама, у одного нож бабочка, с такими обычно фраера ходят, второй вооружен серьезнее, за поясом брюк у него нашелся «Макаров».

Разоружив обоих, я решил что следить сразу за двоими непросто, тем более на короткой дистанции, и одного вырубил, от души приложив рукоятью пистолета.

— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Это понятно? — сосредоточился на втором.

— Угу… — буркнул тот.

— А ты что, не знаешь куда пришел?

Если пленный ведёт себя словно ничего не случилось, — значит ему не хватает дырки в какой-нибудь из частей тела. Истина усвоенная много лет назад, и неоднократно примененная на практике. Тут тоже не стал придумывать велосипед, а не раздумывая, прострелил шутнику ногу.

— А-ааа! — завыл тот, и не прекращая орать, принялся угрожать — Ты чё сделал⁈ Да я тебя урою, козел!

— Повторяю вопрос, как тебя зовут? — не терял энтузиазма я.

— А я тебе повторяю, чтобы шел ты козе в трещину! Урод!

Тем временем зашевелился второй. Сначала несмело, потом, когда проморгался, даже развернулся, заглядывая мне в глаза.

— Имя? — рявкнул на него я.

— Романов. Николай Петрович.

— Так, с тобой понятно, принимается. Теперь снова ты, — вернулся я к безымянному, — вопрос тот же, спрашиваю последний раз, шутки кончились. Имя?

— Да пошел ты… — держась за раненую ногу, «выплюнул» тот.

— Как скажешь. — согласился я, дважды нажимая на спуск.

Пистолет дёрнулся, и безымянный повалился на бок. Мент же, покосившись на труп своего недавнего собутыльника, заелозил, словно пытаясь ещё сильнее вжаться в стену.

— Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Ты все понял, Николай Романов? — прицелился я в него.

— Понял. — глядя на пару аккуратных отверстий во лбу трупа, хмуро согласился тот.

— Ну смотри, не заставляй меня нервничать, я спрашиваю, ты отвечаешь, потом я просто ухожу. Усёк?

— Отлично. Где Саня?

— Ещё раз переспросишь, прострелю ногу.