Свидание вслепую

Как там сказал Пабло Неруда? Как-то очень просто, но в «десятку»? А, вспомнила: «Любить просто, забыть трудно!» Вот именно… Наверное, я все-таки дура клиническая! Вот зачем полезла с требованиями откровенности в его жизнь? А?! Ну, сказал тебе мужик: нравишься ты мне очень, и секс с тобой хорош, и готов встречаться для него, для сексу, то бишь без осложнений лишних – так и вперед! Нет же ж, тебе отношения подавай, да щоб правда-правда меж вами только была и щоб посложнее, с любовями-мучениями! Ну, не дура, а? Дура!»

За эти три недели она себе чего только не наговорила, как только себя не обозвала и каких только «последних» решений не принимала: от «забыть напрочь и плюнуть!» до «позвонит – лебедью полечу, на все согласная!».

Боже! Боже! Боже! Какие мы все у Тебя дурные и глупые!

Распоследний наистрожайший приказ Зинаида отдала себе полтора часа назад: не думать, не вспоминать, готовиться к празднику. В идеале – забыть к чертовой матери, чтоб и не пахло этим Захаром Игнатьевичем в ее жизни!

Посмеялась над ее потугами судьбинушка! И пообещала, что, если ей перестанут говорить, что делать и указывать, как она должна у вас сложиться, она перестанет говорить вам, куда и на какие конкретные буквы вам идти.

Измотанная непонятной навалившейся усталостью, раздражением на себя и глубокой хронической ненавистью к дорожному движению в городе Москве, Зинаида добралась-таки наконец до подруги.

Дверь открыл Мишаня.

– Привет, теть Зин! – порадовался старшой из Риткиных отпрысков, принял у Зинули коробки, пакеты и поцеловал в щечку.

– Миш, у меня в машине еще четыре коробки-коробочки, занесешь, а? – попросила Зина и отдала ему ключи от машины.

– Не вопрос! – проявил готовность к помощи Мишка.

– Зин! – проорала из кухни Ритка. – У меня руки в муке, иди сюда!

– Пироги? – подняв удивленно брови, спросила Зинаида.

– Не все так глобально, не пугайся, – успокоил он, надевая куртку. – Свежая рыба.

– Рыба – это здорово! – порадовалась Зина и двинулась на зов подруги.

На этой кухне никто и никогда не находился в одиночку: даже если ночью кто-то спросонья притаскивался водички попить, следом подтягивались такие же неспящие, или еще не уснувшие, или проснувшиеся, но обязательно – составить компанию.

В данный момент помимо Ритки, царившей у плиты, за столом сидели дедушка Лева с бабушкой Симой, которые мирно чаевничали, и тетя Соня, помогавшая дочери готовить и накрывать на стол ужин.

– Привет! – первый раз за день искренне, от всей души, порадовалась Зинуля.

И поспешила со всеми пообниматься, расцеловаться – так соскучилась за те пару дней, которые не виделись! А не за три недели, как некоторые, не в меру пугливые товарищи!

«Стоять! Тема закрыта!» – уже привычно прикрикнула на себя мысленно Зинаида.