Свидание вслепую

А зачем? Уперлась – замуж! И пошла!

Ах, да! Были же еще и супружеские отношения! Хо-ро-шие!..

Он очень старался. Проявлял внимание, нежность, чуткость, обучал азам и выкрутасам – все красиво, чувственно и интересно. Бабоукладчик высшего разряда! При таких физических данных странно было бы не иметь таких талантов.

Оторванной от реалий жизни Зинуля никогда не была и месяца через три после свадьбы начала призадумываться над простыми, казалось бы, вещами, о которых стоило выдать умственный скрип чуть пораньше – до замужества.

Первое – материальная сторона. Денег у Алексея не имелось, появлялись они исключительно посредством переводов от его родителей, выражались в суммах смешных, подработка, о которой он упоминал, имела тот же характер, что и проживание в городе Петербурге – мифический.

И получалось, что жили они на содержании у ее родителей.

Второе – где он учился и где проводил время вне учебы, до глубокого вечера, она понятия не имела, а когда спрашивала, то слышала в ответ нечто невразумительное.

Третье – на ее предложение поехать к его родителям в гости на Новый год и познакомиться наконец со всей родней он категорически отказался, да еще и перепугался почему-то.

Четвертое – он был странно скрытным, уходил от неудобных вопросов, о себе рассказывал скупо, переводя разговор в шутку.

И потом – особой такой уж любви-прелюбви Зинаида не чувствовала, первая влюбленность улеглась и растаяла «тонкой струйкой дыма». Полагающихся для молодоженов страстей, желания быть как можно больше вместе, да и постельно-сексуальных безумий при любой возможности не наблюдалось. Да и не тянуло ее к этому. О любви Алексей говорил много, постоянно – но все как будто заученный урок повторял…

И что-то Зинаиде расхотелось находиться замужем, обдумывая и анализируя их отношения.

Да и были ли отношения?

Останавливала от полного разрыва только новизна и удовольствие от ночных постельных мероприятий. И то! Что она могла раскумекать в восемнадцать-то лет, какое удовольствие?

Однажды Зинаида заехала домой днем – за забытой зачеткой. Дверь у них в квартире открывалась очень тихо – они всегда смеялись, когда сталкивались в коридоре, не услышав, как открывалась дверь, поэтому и все всегда кричали с порога – здоровались, предупреждая о приходе.

Уверенная, что дома никого нет в такой ранний час, Зинуля кричать не стала. Вошла и услышала голос Алексея, с кем-то разговаривавшего по телефону.

– Да знаю я, знаю… Да каждую ночь, как на работе, пашу! Да залетит она скоро, тогда уж они меня на постоянку пропишут и разберусь я с квартирой. Все будет путем, ты подожди!

Зинаида дослушивать не стала: тихонько выскользнула из дома, закрыла за собой дверь и пошла к Ритке.

– Вот, говорила же я тебе! – бушевала Ритка в праведном гневе.