Свободный среди звезд: пилот (СИ)

За его спиной бесформенным кулем обрушилось на пол тело Дорта. Яд укусившей его ящерицы блокировал прохождение сигналов по нервам, вызывая общий паралич. Более того, через полчаса должна была наступить остановка дыхания и последующая смерть от удушья.

   Пользуясь заранее выпытанными кодами доступа, Павел отпёр дверь, вышел, запер её обратно и удалил любые упоминания о своём визите из памяти домашнего компьютера. Записи в нейросети Дорта "подчистить" не удалось, поскольку старик, как оказалось, её не имел. Что ж, с большой долей вероятности никто не заглянет в магазинчик, пока не станет слишком поздно, а даже если заглянет, то не сможет открыть дверь.

Дорт умрёт раньше, чем кто-то успеет ему помочь, и особо тщательно расследования его гибели ожидать не приходиться. Всё будет выглядеть вполне естественно, а полиция на этой планете не слишком любопытна.

   Никакого раскаяния за совершённое убийство беспомощного старого человека Павел не испытывал. Во-первых, не таким уж он был беспомощным, пока не выпил сыворотку. Во-вторых, случившееся - ещё одна дополнительная палка в колёса тем ухарям, что вздумали похищать землян и продавать их на рабском рынке.

Без посредника им это станет делать труднее. Ну и, в-третьих, Дорт являлся ещё одной ниточкой, потянув за которую, Маренциу сможет найти Землю. А парень по-прежнему не собирался оставлять Синдикату зацепки.

   На берегу небольшого озерка среди поросших редколесьем холмов спрятался небольшой домик. В том, что он здесь стоял, не заключалось ничего странного - именно так, в уединении, предпочитали селиться многие колонисты. Армика являлась, в основном, торговой планетой, но не всем же заниматься торговлей? Кто-то должен выращивать злаки, разводить скот, ловить рыбу, добывать древесину.

Данное строение больше всего походил на жилище лесоруба. Об этом говорил и стоящий рядом с домом лесопильный комбайн, и усыпанный опилками двор, и установленная в отдельном сарайчике пилорама, и штабели сохнущих досок.

   Никакого удивления не вызывал и флаер, укрытый в небольшой пристройке к домику. Это был типичный флаер-работяга, отслуживший верой и правдой Бог знает сколько лет в Содружестве, и проданный потом во Фронтир, вместо того, чтобы отправиться на металлолом.

Вот только стоящий в той же пристройке второй флаер несколько выбивался из образа "домика лесоруба". Лесорубы - люди простые и обычно не держат у себя сразу два флаера. Особенно таких, как этот второй: дорогой, высокоскоростной и относительно новый.

   Стояла тихая безветренная ночь. В домике спало в своих постелях трое человек. Их спокойное дыхание терялось на фоне плеска воды и стрекотания невидимых насекомых. Дом тоже спал в ожидании утра.