Сын Дьявола

Мокрое от слез, потому что я не знаю… Я ничего уже не знаю… Зачем он снова это говорит, зачем обещает столько всего и одновременно ничего…

Мне хочется отказать ему сразу, кинуть обвинение в предательстве, сделать больно, точно так же, как он мне, но… Ощущение свободы, которое он предлагает так близко, словно он дарит мне крылья и шепчет, как в сказке: «В добрый путь»

Можно ведь поверить, что я в сказке? Хоть на мгновение и ждать этого прекрасного «Долго и счастливо»

И пусть он предлагает немного, но у нас с мамой не было и того, а в золотой клетке я не счастлива. «А если… — шепчет внутренний голосок, — он снова тебя предаст?».

— Максим, — останавливаю я поток речи и сладких обещаний страсти. — Почему ты это сделал? Почему отдал меня им? Тебе было наплевать, что мною кто-то воспользуется?

— Нет, — тут же отвечает он и, откинувшись на спину, закидывает руку за голову. Вынуждая меня задыхаться от вида его крепкого, идеально вылепленного тела. — Не наплевать, просто…

— Мы с Антоном братья по крови, любое его слово закон и верил ему я безоговорочно.

— Так… и? В чем он солгал?

— Он сказал, что не тронет тебя. Сказал, что разденет на камеру, чтобы отдать видео Самсонову и прижать твоего папашу.

Его слова кажутся разбросанной мозаикой, где ни одна деталь не сходится с другой.

— Макс, я не понимаю, — уже на грани истерики шепчу я. — По порядку, пожалуйста. Вы хотели снять видео?

— Верно, — кивает он и думает затянуться сигаретой, но поднимается и садится на против меня. — По заказу Самсонова, чтобы встать в его охрану.

— Но ты ведь и так собираешься пойти к нему?

— Если возьмет. Можно пока водителем, а там как пойдет.

— А зачем этому Самсонову… — пытаюсь вспомнить фамилию. — Мой отец?

— Он… — Максим замолкает и словно обдумывает, готова ли я это услышать. Даже страшновато. — Андронов занимается рабством. Поставляет детей из детдомов за границу. Уже много лет. Перевозит и отдает в бордели.

— Нет! — вскакиваю я, не веря своим ушам! — Нет! Ты врешь! Скажи, что ты врешь! Это же полная чушь!

— Лана… — протяжно вздыхает Максим, поднимаясь за мной. — Я… Я прекрасно помню склад, на который меня вместе с другими детьми доставили в мешках и помню, как Андронов ворвался в тот момент, когда нас уже грузили в фуру со свиньями. А рот всем заткнули кляпом, потому что слушать детский ор просто невозможно. Я не знаю почему, но меня Андронов оттуда забрал. Мне было мало лет, но именно этот момент отпечатался в мозгу, как будто я снова там и снова чувствую запах мочи и говна. Нас, знаешь ли, в туалет никто не водил…

Я слушала и слушала, уже позабыв про боль в заднице, недавнее удовольствие и голод. Слезы ручьем лились из глаз, потому что я, черт возьми, не могла поверить во весь этот кошмар.