Табу на чувства

Сначала он избивал меня до полусмерти, пока я кровью не начну харкать, а потом говорил, что любит… Говорил, что это моя вина, что я плохой сын, но он все равно обязан любить. А потом все продолжалось. Изо дня в день, на протяжении десяти лет. Мама иногда защищала меня, и тогда ей доставалось еще хуже, а потом она умерла. Поэтому то, что я к тебе испытываю, Вероника, — это не любовь. Я никогда не полюблю тебя.

Я сказал ей то, что никогда и никому не говорил. В те времена, когда отец сходил с ума и бил меня, я думал лишь о соседской девчонке. О ней. О своей Мышке.

Ника подошла и обняла меня, ее плечи тряслись от рыданий. Я баюкал ее в своих объятиях. Она оплакивала… Меня.

— Мне так жаль… Так жаль…

— Не нужно жалеть, девочка, все прошло.

— Не прошло, — смотрит красными глазами. — Ты можешь любить, я знаю, я чувствую!

— Ты не твоей отец, слышишь? Ты совсем на него не похож, тебе просто страшно. Тебе нужно победить своих демонов. Пока ты не скажешь, что любишь, он будет иметь над тобой власть.

— Ты что теперь психолог? Будешь копаться в моих чувствах? — спросил с раздражением.

— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Ты достоин любви.

— Я счастлив. С тобой.

— А я с тобой — нет. Да, я люблю тебя, но ты делаешь мне больно. Я не могу любить за двоих… И я не знаю, что сделать, чтобы изменить это… Прости.

Она только что загнала мне нож в сердце и провернула несколько раз, чтобы дольше мучился. Наверное, я заслужил.

Слова Касьяна выворачивали мне душу наизнанку. Я знала, что его отец был тем еще уродом… И как тяжело видеть, что его призрак до сих пор летает над любимым мужчиной. Он пытается бороться с демонами, но не выходит. Ведь легче запереть на цепь, чем избавиться от страха.

А я… Я же не просто хочу услышать три заветных слова. Слова — ничего не значат. Я хочу, чтобы он позволил себе почувствовать любовь. Но он не может этого сделать, когда я думаю, что подобралась к нему, Райхель закрывается и через эту броню не пробиться. Я не знаю, что еще можно сделать. Я устала. Правильно говоря, пока человек сам чего — то не пожелает — ничего не выйдет.

Я призналась в своих чувствах, пришла его очередь сделать шаг навстречу. Один только бог знает, скольких усилий мне стоило все это сказать…

Домой мы ехали в молчании. По дороге попали в ужасную пробку, впереди ДТП с участием пяти машин.

Адреналин начал сходить на нет и я чувствовала неприятную боль на разбитой губе. Я думала о словах Паши, взвешивала все варианты того, что он может реально сделать. Он хоть и урод, но я знаю, что слов на ветер не бросает. Мне теперь страшно за своих близких и себя.

— Вероника, я хочу, чтобы ты сегодня же переехала из дома, — барабаня по рулю длинными пальцами произнес Касьян.

Я посмотрела на него и нахмурилась.