Тайна мертвого ректора. Книга 1

 – Но вход в основное Хранилище, где находятся заклинания и артефакты с четвертого порядка по первый, возможен только по специальному протоколу, который включает в себя присутствие ректора, обоих проректоров и двух профессоров. Поэтому прошу прощения, но туда ваше сиятельство попасть не сможет.

– Да, я знаю. Но мне туда и не нужно, Петрович. Меня интересует попытка вскрыть Хранилище. Я уверен, это связано с убийством ректора Светлова. Кстати, вот что. Скажи-ка мне, когда Иван Григорьевич тебя отослал, ты где находился? Не в своей комнате, ведь так?

– Так, – подтвердил див, – я занимался уборкой залов, как всегда ночью. Протирал пыль с книг, мыл пол, столы и стены.

– Понятно. А спишь ты когда?

Петрович посмотрел, слегка прищурив глаза.

– Когда как, – уклончиво ответил он. И Аверин понял, что эту информацию див тоже готов сообщить только с разрешения «господина исполняющего обязанности ректора».

Лестница закончилась длинным коридором, и на последней ступеньке Петрович остановился. И Кузя, словно дойдя до какой-то невидимой черты, поднял дыбом шерсть на спине и попятился.

– Прошу прощения, что не смогу вас проводить. Дальше дивам хода нет. – Петрович снова щелкнул выключателем, и коридор осветился.

Аверин шагнул в коридор. Истинное Зрение всё еще работало, поэтому далеко впереди он увидел свечение чародейской защитной печати. Но не она остановила дивов. Весь узкий коридор покрывало серебро, испещренное сотнями защитных и усиливающих его колдовских знаков. Даже колдун почувствовал себя в этом окружении некомфортно, а что говорить о дивах? Как минимум они получат серьезные ожоги, даже если просто зайдут сюда. Аверин оглянулся. Кузя смотрел на него укоризненно, глаза его блестели в свете отражающейся от стен лампы.

– Подожди тут, хорошо? Думаю, никто не причинит мне вреда.

Аверин пошел вперед. И шагов через двадцать коридор уперся в старинную, почерневшую от времени серебряную дверь. На двери был изображен восьмилучевой Коловрат. Чародейская печать, раскинувшись, словно гигантская паутина, загадочно мерцала.

Если ректор приходил один, как он сумел взломать печать? Ведь для этого нужен чародей, и вовсе не рядовой. Надо спросить, чьи следы почуял Кузя на лестнице. Нюх у кота намного острее, чем у Петровича в человеческой форме. А в звериной форме библиотекарь просто не протиснется в узкий коридор, не повредив стен.

Аверин вспомнил свой восторг, когда ребенком впервые увидел звероформу Петровича. Прежде вживую слонов ему видеть не доводилось, а этот был настолько огромным, что пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть его украшенные парадными лентами бивни.