Тайна моего положения

Это лёгкое движение под ладонью придавало сил и уверенности.

— Что я круглый дурак. Что потерял пять лет, обижаясь на отца, который хотел меня защитить. Что едва не прошёл мимо самого важного…

Прервал мужчину тихий стук в дверь, невольно заставив нас обоих вздрогнуть. Это был мсье Арчи. Старик вошёл, опираясь на трость, её металлический наконечник глухо постукивал по паркету. Его проницательный взгляд, острый несмотря на возраст, быстро окинул комнату, задержавшись на наших лицах.

— Надеюсь, ты не утомил нашу больную? — В голосе мсье Арчи звучала плохо скрываемая тревога.

— Нет, отец, — Эдгард поднялся, одёргивая помятый сюртук. — Мы просто… договариваемся о будущем.

— И как, договорились? — в глазах старика мелькнули лукавые искорки.

— Пока нет, — ответила я, чувствуя, как накатывает новая волна усталости. — Но у нас есть время.

— Конечно, — кивнул мсье Арчи, его трость тихо скрипнула, когда он переместил на неё вес. — А сейчас — время обеда. И никаких возражений. Лекарь сказал, вам нужно хорошо питаться. Я распорядился подать бульон и печёночный паштет — это поможет восстановить силы.

— Будет исполнено, — шутливо отрапортовала, пытаясь приподняться на подушках. — Хотя, признаться, аппетита совсем нет.

— Тем не менее, — мсье Арчи подошёл ближе, его трость мягко постукивала по паркету, — вы должны поесть.

— Отец прав. Я… я пришлю горничную помочь вам устроиться удобнее.

— Спасибо, — благодарно кивнула, отмечая, как непривычно звучит забота в его голосе. — За всё.

Он замер на мгновение, словно хотел что-то добавить, но потом просто кивнул и вышел. Мсье Арчи тоже не стал более задерживаться, последовав за сыном.

Когда они вышли, я с тихим вздохом облегчения откинулась на подушки, прикрыв глаза и машинально поглаживая живот. Ребёнок слабо шевельнулся, словно откликаясь на моё прикосновение, и я невольно улыбнулась этому крошечному чуду внутри меня. Несмотря на усталость, разливающуюся по телу свинцовой тяжестью, на душе было удивительно спокойно.

— Мы справимся, малыш, — прошептала я, чувствуя еще совсем слабые толчки под ладонью. Каждое такое движение отзывалось в сердце волной нежности и трепета. — У нас теперь есть семья. Пусть немного странная, но настоящая.

Следующие дни пролетели в странном тумане выздоровления. Время то тянулось бесконечно, то ускорялось, растворяясь в полудрёме. По настоянию лекаря, чьи визиты стали неизменной частью дня, я оставалась в постели, принимая нескончаемую череду укрепляющих отваров и бульонов от мадам Потс.

— Вы должны съесть всё до последней ложки, — требовала кухарка, поправляя белоснежную салфетку на подносе. — В вашем положении нужно хорошо питаться.