Тайна поместья Эбберли

Я люблю Руперта и много лет знаю Энид, но… Я не поверю, что он или она могли причинить вред моей матери, но всё равно не могу отделаться от мысли, что кто-то из них может оказаться убийцей.

– А миссис Вентворт вы исключили?

– Нет. Мюриэл – медсестра. В основном она работала в госпиталях, но какое-то время в действующей армии тоже. Она видела столько такого, чего мы даже и представить не можем. Это ожесточает. Смерть, убийства одними людьми других перестают казаться чем-то из ряда вон. Это вовсе не значит, что Мюриэл это сделала, – добавил Дэвид.

 – Это к тому, что я её не исключаю. Но у неё нет мотива.

– Но кого-то вы всё же подозреваете?

– Никого и всех. Никто не кажется более подозрительным, чем остальные.

– Инспектор Годдард сказал примерно то же самое: возможность была у каждого, а достаточного мотива – ни у кого.

– Он обсуждает с вами расследование?

– Немного. Ничего такого, чего не знали бы вы. И я не думаю, что он вознамерился отправить вас на виселицу. На него давят, он должен предоставить хотя бы какие-то результаты работы, назвать основного подозреваемого… Вы подходите на эту роль больше всего.

Наследство, потом ссора… И вы даже не назвали ему её причину.

– Я хочу сохранить её в тайне.

– Вы серьёзно? – Айрис очень злило подобное глупое упрямство. – Что это за книга такая, которая стоит вашей жизни?

– Мой адвокат, с которым, я, кстати, сегодня опять встречаюсь, говорит, что у Годдарда ничего на меня нет. Была бы хотя бы мелкая улика, он бы уже взял меня под стражу. Так что пока я спокоен.

Айрис не знала, что сказать. Сэр Дэвид точно не был одним из тех наивных людей, которые уверены, что раз они ничего дурного не сделали, то и бояться им нечего.

Возможно, то, что он принадлежал к одной из самых богатых семей королевства и имел связи в самых высоких эшелонах власти, дарило ему ощущение неуязвимости…

Неужели он считал, что если он Вентворт, то неприкосновенен?

– Если честно, гораздо больше надежд я возлагаю на капитана Марча, – сказал Дэвид. – Он раскрыл несколько сложных дел. И во многих ситуация была похожей: полиция хотела повязать того, кто больше всего был похож на убийцу.

А он прорабатывал все версии и докапывался до правды.

– В мою версию он не особо верит.

– Мне кажется, он думает, что в общем и целом вы правы: в усыновлении Руперта есть странности, было бы хорошо их прояснить. Но это не связано с убийством. С убийством скорее связано то, что моя мать вызвала в Эбберли своего поверенного и Роланда. Или то, что она выписала чеки на большие суммы. Но не история двадцатилетней давности.

– А если это всё одна история?..