Тайная лавка ядов

Обменявшись с ней последним взглядом, я вывела Элайзу из кладовой. Мы вышли в переулок, на холодный воздух, и двинулись в путь.

– Вот так, – я махнула туда, где Медвежий переулок выходил на широкую улицу, – ты дойдешь до дома Эмвеллов или туда, куда сама пожелаешь, а я пойду своей дорогой.

Краем глаза я увидела, как Элайза кивнула. Я шагнула к ней поближе в знак последнего, незримого прощания.

Мы не прошли и двадцати шагов, когда я увидела их: трое констеблей в темно-синих сюртуках шли прямо на нас с мрачными лицами. Один нес в руке жезл, как будто тени переулка его пугали, и я смогла различить шрам на его левой щеке.

Элайза, должно быть, увидела их в ту же секунду, потому что без единого слова или взгляда друг на друга мы пустились бежать. Чутье повело нас обеих на юг, к реке, прочь от них, и наше резкое дыхание звучало в унисон.

28. Кэролайн. Наши дни, среда

Когда полицейский отстегивал наручники с ремня, где-то в комнате зазвонил сотовый телефон. Я замерла на месте, дожидаясь, чтобы один из полицейских ответил, потом туман в моей голове рассеялся: звонил мой телефон.

– Это может быть по поводу Джеймса, – сказала я, бросаясь к своей сумке. Мне было наплевать, попытается ли полицейский защелкнуть на мне наручники, прежде чем я отвечу. – Пожалуйста, позвольте мне ответить. – Я поднесла телефон к уху, готовясь к худшему. – Алло?

На другом конце прозвучал жизнерадостный, хотя и несколько встревоженный голос:

– Кэролайн, это Гейнор. Просто звоню узнать, как вы. С вашим мужем все в порядке?

Господи, какая она милая. Если бы только не в такой ужасный момент. Старший полицейский пристально смотрел на меня, покачивая ногой, лежавшей на колене.

– Привет, Гейнор, – сдавленным голосом ответила я. – Все в порядке. Я… – Я замолчала, понимая, что каждое мое слово слышат, а возможно, и записывают. – У меня тут сложная ситуация, но обещаю, я вам перезвоню, как только смогу.

Я взглянула на ближайшего полицейского, того, что стоял с наручниками наготове. Мой взгляд упал на его бляху, висевшую у левого бедра: знак его должности, его власти. Внезапно, как порыв свежего воздуха в комнате, меня осенило: должность Гейнор в библиотеке может сыграть мне на руку.

– Вообще-то, Гейнор… – Я прижала телефон поплотнее к уху. – Возможно, вы могли бы мне помочь.

– Да, конечно, – ответила она. – Что угодно.

– Я в больнице Святого Варфоломея, – сказала я, и полицейские странно на меня посмотрели.

– В больнице? С вами все хорошо?

– Да, со мной да. Я на третьем этаже, рядом с отделением интенсивной терапии. Может быть, вы могли бы приехать? История длинная, но я объясню, когда смогу.

– Хорошо, – сказала она. – Выезжаю к вам через пару минут.

От облегчения у меня опустились плечи.