Тайная лавка ядов

Ее замешательство только усилит сомнения полицейских в моей истории, и это меня погубит. Я сидела без движения, ожидая, что скоро вокруг моих запястий защелкнется холодный твердый металл.

Гейнор сделала глубокий судорожный вдох и посмотрела на меня, словно хотела что-то сказать одними глазами. Но в моих собственных глазах стояли слезы, и я так сожалела о произошедшем, что почти хотела, чтобы меня увели в наручниках. Я хотела выйти из этой чертовой комнаты, уйти от разочарованных лиц полицейских и моей новой подруги.

Гейнор потянулась к своей сумочке.

– Да, я могу подтвердить все эти исследования. – Она вытащила кошелек и вынула из него карточку. Протянув ее полицейским, она сказала: – Вот мое рабочее удостоверение. Я могу подтвердить, что Кэролайн дважды за последние дни была в библиотеке, проводя исследование по поводу женщины-аптекаря, и могу запросить записи камер наблюдения, если это потребуется для вашего расследования.

Я едва верила своим ушам. Гейнор за меня вступилась, даже после того, как явно поняла, что я ей чего-то недорассказала. Я смотрела на нее, открыв рот, всем телом обмякнув на стуле. Но я пока не могла ей ничего объяснить, даже сказать спасибо не могла. Это само по себе было бы подозрительно.

Полицейский, сидевший за столом, провел большим пальцем по карточке Гейнор, словно проверяя срок действия и подлинность. Вполне удовлетворившись, он бросил карточку на стол, и она скользнула на несколько дюймов. Что-то зажужжало у него в кармане, и он вынул телефон.

– Да? – коротко сказал он в трубку. Я услышала на другом конце неясный женский голос, и лицо полицейского посуровело. Он отключился, и я приготовилась к худшему. – Мистер Парсуэлл хочет вас видеть, – сказал он, вставая со стула. – Мы вас к нему проводим.

– Т-так с ним все хорошо? – запинаясь, спросила я.

Гейнор снова потянулась ко мне и легко сжала мою руку.

– Пока я бы так не сказал, – ответил полицейский, – но он наконец-то полностью пришел в себя.

Гейнор осталась в комнате, а меня полицейские вывели в коридор, один из них придерживал меня за поясницу. Я сжалась и сказала:

– Спасибо, я сама найду палату Джеймса.

– Не надейтесь. Мы еще не закончили.

Я помолчала. Тревоги из-за возможного ареста это не убавило. Что медсестра сказала полицейскому по телефону? Что бы это ни было, они посчитали необходимым меня сопровождать.

Пока мы шли по больничному коридору, в тишине, если не считать тяжелого топанья ботинок полицейских, на сердце у меня было тяжело. Палата Джеймса была впереди, и я со страхом ждала, что он хотел мне сказать, – а по бокам от меня шли полицейские.

29. Элайза.