Тайная лавка ядов

Я прижала пальцы к губам; второй раз за неделю передо мной стояла посетительница, каких прежде у меня в лавке не бывало. Сперва ребенок, теперь взрослая женщина, которой, судя по ее виду, место было скорее в просторных покоях Кенсингтонского дворца, чем в моей скромной тайной лавке. Ее платье, темно-зеленое, с каймой из вышитых золотом лилий, заняло почти четверть комнаты, и я боялась, что, стоит ей повернуться, половина моих флаконов окажется на полу.

Женщина сняла вуаль и перчатки, положила их на стол. Элайза, казалось, ничуть не удивилась такой посетительнице и немедленно отнесла перчатки к огню, чтобы просушить.

Поступок этот был настолько естественным, и все же мне это не пришло в голову, пока я стояла, пораженно рассматривая представшую перед нами даму. Если у меня и были сомнения в ее богатстве и положении, то теперь их не осталось.

– Здесь так темно, – сказала она, и уголки ее окрашенных кошенилью губ опустились.

– Я положу еще дров в огонь, – прощебетала Элайза.

Она всего второй раз была у меня в лавке, но кое в чем начала соображать быстрее меня.

– Прошу, миледи, садитесь, – сказала я, указывая на второй стул.

Она осторожно опустилась на стул и протяжно, прерывисто вздохнула. Вынула из узла на затылке маленькую шпильку, поправила прядь и заколола ее обратно.

Элайза шагнула вперед с кружкой в руке, бережно поставила ее на стол перед женщиной.

– Теплая мятная вода, мисс, – сказала она, сделав книксен.

Я озадаченно посмотрела на Элайзу, гадая, где она вообще нашла чистую кружку, а тем более измельченные листья мяты. Для нее стула не осталось, но я думала, что она устроится на полу и займется книжкой о чародействе, которую я ей дала.

– Спасибо за то, что сообщили в письме, – сказала я женщине.

– Я не знала, сколько можно открыть. Предприняла все возможное, чтобы защитить себя, если письмо перехватят.

Еще одна причина, по которой я не связывалась с богатыми: всем вокруг нужно то, что у них есть, особенно их тайны.

– Вы сказали вполне довольно и, полагаю, останетесь довольны приготовленным.

Нас прервал громкий скрип, и, обернувшись, я увидела, как Элайза тащит по полу большой деревянный сундук. Она дотолкала его до стола, поставила между мной и дамой, села и сложила руки на коленях.

– Я Элайза, – сказала она даме.

 – Мы так рады, что вы к нам заглянули.

– Спасибо, – ответила женщина, и взгляд ее смягчился. – Когда я сегодня сюда шла, я не думала, что вас будет двое. – Она вопросительно взглянула на меня. – Ваша дочь?

О, как бы я хотела, чтобы рядом со мной была моя дочь. Но тогда мы бы всем этим не занимались, не продавали бы яды и не таились во тьме. Я запнулась, отвечая.

– Она иногда мне помогает, – солгала я, не желая признать, что Элайза только что пришла без предупреждения, совершенно не вовремя.