Тайная жемчужина

Она тотчас же увидела безобразный шрам на его щеке. Их взгляды встретились, и у Флер перехватило дыхание: ей казалось, что она задыхается. Все расплывалось у нее перед глазами, в ушах шумело…

– Мисс Гамильтон? – услышала она мужской голос.

Флер молча кивнула. Герцог поклонился и шагнул к ней.

– Добро пожаловать в Уиллоуби-Холл, мисс Гамильтон.

Флер сделала глубокий вдох. Она отчаянно пыталась взять себя в руки. «Только не упасть… Только не упасть в обморок», – думала девушка.

– Папа… – Леди Памела ухватила герцога за рукав. – Папа, а что ты мне привез?

Герцог посмотрел вниз, на дочь, и улыбнулся уголком рта, при этом его губы с той стороны, где был шрам, так и остались неподвижными.

Заметив эту жутковатую улыбку, Флер похолодела. Герцог же по-прежнему смотрел на дочь.

– Давай лучше спустимся вниз, и ты увидишь подарок.

Иначе ведь не отстанешь, верно? Сидни всю дорогу из-за этого ворчал. Но я надеюсь, что тебе подарок понравится.

Герцог взял дочь за руку.

– Сидни глупый, – заявила леди Памела.

– Представляю, что сказал бы Сидни, если бы услышал такое.

– Сидни глупый. Сидни глупый… – засмеялась девочка.

Флер судорожно сглотнула – на нее вновь взглянули пронзительные черные глаза.

– Мисс Гамильтон тоже пойдет с нами, а потом приведет тебя обратно, – сказал герцог.

Флер молча направилась к двери.

– Мисс Гамильтон… – Остановившись у лестницы, герцог предложил ей руку.

Флер в ужасе отшатнулась. Спускаясь по лестнице, она старалась держаться как можно дальше от герцога. А он, не обращая на нее внимания, слушал болтовню леди Памелы.

Они вышли в огромный холл, и слуга бросился открывать перед ними парадные двери. Затем все трое спустились по мраморным ступеням и зашагали по дорожке, ведущей к конюшням.

Флер по-прежнему молчала. Она старалась не смотреть на герцога, на его ужасный шрам…

– Куда мы идем? Что ты хочешь мне показать? – спрашивала леди Памела, державшаяся за руку отца.

– Скоро сама увидишь. Бедняга Сидни…

– Глупый Сидни, – заявила девочка.

Минуту спустя они увидели щенка колли, толстенького, с черной шерсткой, белым мехом вокруг носа и белой полоской на голове и на шее. Две лапки и живот тоже были белыми. Щенок сидел в плетеной корзинке и громко скулил, требуя, чтобы его отнесли к матери.

– Ox!.. – вырвалось у девочки.

Памела стояла у корзины, с восхищением глядя на щенка. Потом, опустившись на колени, взяла собачку на руки.

Щенок тотчас же перестал скулить и лизнул девочку в лицо.

Она наморщила носик и, смеясь, отвернулась.

– Сидни так и ехал из Лондона, – усмехнулся его светлость. – Щенок лизал его всю дорогу, а иногда бедняге даже приходилось сидеть в мокрых штанах.

– О… – Леди Памела разглядывала щенка.