Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

Чего угодно — что даст мне возможность думать и надеяться, что Полкан сделал всё это не просто так.

— Как это, с лошади стрелять? — я вытаращиваюсь на своего тренера. — С какой ещё лошади?

— Ну, Алин, а ты чего хотела-то? — Сергей пожимает плечами. — В полевых боях лучники или стрельцы были только конными. Но ты не переживай, тебе ничего особенного делать и не придётся! Лучников мы выпускаем только в начале, самая завязка боя, в основном сражении вы, понятное дело, участия не принимаете. Так что твоё дело небольшое — подъехать к нужной границе, колчан расстрелять, а после этого вы все тихонечко отходите, то есть отъезжаете, и в дело мечники вступают.

— Да я же на лошади сидела… — хмурю лоб, вспоминая, — …разве что в парке пару раз, когда маленькая каталась!

— Вот поэтому я тебе и говорю заранее! — воздевает палец к небу тренер. — Поедешь на несколько дней на конюшню тренироваться? Это прямо рядом с полем, где всё будет проходить, там база отдыха, гостевые домики есть, столовая, в общем, всё организовано! Только справка от тебя потребуется на всякий случай, ты у меня хоть и совершеннолетняя, но всё же студентка, я за тебя ответственность несу. Так что нужно будет сходить к врачу, получить бумажку, что ты здорова и физические нагрузки такого рода тебе не противопоказаны. Ну так чего, поедешь?

— Поеду, конечно, — вздыхаю. — И справку сделаю.

Не отказываться же. Последние несколько дней я почти всё свободное время провожу в тире. Причём приезжаю и уезжаю так, чтобы не застать никого из своих знакомых парней, которые в большинстве тренируются, конечно, вечером.

Вот и сейчас, дело ещё только подходит к пяти часам, а я, закончив разговор с тренером, торопливо собираюсь. Но сегодня мне не везёт.

— Алинка! — от входа машет рукой Саша.

Отворачиваюсь и ругаюсь себе под нос такими словами, которые девушкам вообще-то употреблять не стоит.

— Привет, — быстро здороваюсь с однокурсником. — Извини, я спешу!

— Нет уж, так просто ты от меня не отделаешься! — парень заступает мне дорогу. — Мы с тобой друзья или не друзья?!

— Саш, не надо, — в носу начинает пощипывать.

Разреветься в эти дни мне ничего не стоит. Я уже третий раз меняю наволочку на подушке, потому что засыпаю и просыпаюсь вся в слезах. Скоро можно будет производство соли наладить, блин!

— Алинка, ну можешь хотя бы объяснить, что происходит? — просительно говорит он. — Я ничего не понимаю! В агентстве ты не появляешься. Я один вопрос задал на эту тему — меня послали так, что еле дорогу назад нашёл. Богатырёв на работе живёт просто, ходит злой как сто тыщ чертей, рычит по поводу и без повода. И все на ушах стоят. А толку никакого.

— Саш, я… не работаю больше в агентстве, — пожимаю плечами. — И не уверена, что имею право рассказывать о том, что произошло.