Завещание

После оглашения помолвок, император говорил небольшую речь и вдвоем с супругой проходил нескоько кругов в вальсе, закрывая тем самым сезон.

Тамиль танцевал с графиней, потом с чьей-то дочкой, потом еще с какой-то девицей, густо краснеющей каждый раз, когда в танце герцог приближался к ней ближе, чем на расстояние вытянутой руки, затем была жена казначея, глупо хихикающая и жеманно поджимавшая губки. Далее он вышел из зала, прошелся по коридору, осмотрел все — все на местах. Сделав вид, что просто выходил в мужскую комнату, герцог взял с подноса проходившего мимо слуги бокал с каким-то напитком и так с бокалом в руке, чтобы иметь возможность больше не танцевать, вернулся в зал и поискал глазами Анри.

Нашел. Хорошо.

Потом посмотрел, где маркиз. Тоже нашел — тот рассыпался в любезностях возле стайки пунцовых дебютанток и затем вывел одну из них на следующий танец.

Внезапно кто-то его взял за локоть, и герцог стремительно обернулся, расплескав содержимое бокала на себя и испугавшего его человека.

— Ваша Светлость! — расстроено протянула графиня. — Что же Вы наделали! Теперь мне придется менять платье, да и Вам надо сменить одежду!

— Графиня, это что ВЫ, — выделил голосом Тамиль.

 — Наделали? Зачем подкрадываться и внезапно хватать? Благодарите Всесветлую, что в руке был только бокал. И да, нам определенно необходимо переодеться, — докончил он, с огорчением разглядывая яркие пятна на рубашке и рукаве камзола.

Графиня фыркнула:

— Я в дамскую комнату.

Тамиль помедлил и решил, что вполне успеет сбегать в свои покои во дворце и переодеться в менее нарядные, но зато чистые камзол и рубашку.

Поколебавшись, уйти так или все-таки, сообщить об этом Анри, герцог выбрал второе.

— Анри, мне нужно сходить переодеться. Посмотри, что сделала с моей одеждой графиня!

— Да, вижу. Опять графиня. Это не может быть подстроено?

— Нет, не думаю, я взял бокал совершенно произвольно, не планируя этого заранее.

— Но, может быть, она просто воспользовалась ситуацией?

— Возможно, но что это дает?

— На время удалить тебя из зала.

— Вряд ли, графиня спит и видит себя в роли моей как минимум любовницы, как максимум — жены.

Больше ее ничего не волнует.

— Ладно, я пригляжу и еще пару людей подключу. До выхода Их Величеств еще больше часа, ты успеешь, если только не станешь копаться.

— Я мигом, — ответил герцог и большими шагами направился вон из зала.

Перейдя по короткому пути, впрочем, занявшему не менее двадцати минут, он влетел в свои покои и сразу проскочил в спальню, на ходу срывая и бросая, где придется, рубашку и камзол. И остолбенел, обнаружив там графиню, в чем мама родила.