Танцующая с грозой (СИ)

Навозившись с лечением, я сняла кашу с огня, и решила, что могу немного полежать, пока еда остывает. Уплывающим в сон сознанием я отметила, что бревно, на которое я облокачивалась, стало как-то мягче и очень, очень горячее.

Разбудило меня не пение птичек, и не голос Алиены. Меня разбудило чавканье! Эта зверюга лежал, обняв котелок лапами и долизывал его изнутри.

От чего я сделала вывод, что каша точно остыла. Совсем и бесследно. Мой вчерашний покойничек вполне себе нормально себя чувствовал, правда слабость была заметна невооружённым взглядом. Именно поэтому, прокрутив в голове несколько раз хорошо известную фразу, что человек в ответе за тех, кого вовремя не удосужился послать, я назначила себя парламентером и отправилась договариваться.

В конце концов, Алиена утверждала, что это оборотень. А значит и какой-то разум быть у него должен.

Волку я рассказала, где и в каком состоянии я его нашла. Мне показалось, что слушал он меня очень внимательно. Более того, когда я рассказала ему о том, что края ран темнели, и что это следы отравления, а значит, что ямку копали специально под его тушку, и колья заранее заботливо обмазали ядом лично для него, он явно кивнул мордой, соглашаясь со мной.

Посчитав свою заботу и ответственность за братьев наших меньших выполненной, я, со спокойной душой, отправилась к стоянке каравана. Но путь мой оказался недолгим. Буквально пару метров.

Ровно до понимания, что эта махина идёт прямо за мной.

— Так. А вот на продолжение знакомства я не рассчитывала. Давай ты сейчас развернешься и отправишься отгрызать голову своим врагам самостоятельно, да? — мне совершенно не светило вляпаться в ненужные мне разборки из-за элементарной жалости. И так проблем полна запазуха.

Но волк, шатаясь на еле держащих его лапах, подошёл и ткнулся мордой в плечо, шумно выдохнув. Ну не могла я его бросить слабого и беспомощного. Не могла. Это отдавало какой-то подлостью.

Но расставить все точки над "и" всё-таки, посчитала необходимым.

— Слушай, приятель. Давай договоримся сразу. У меня своя дорога, вот видишь? — я сунула запястье волку под нос — так что, все, что я могу, помимо твоего спасения, это поухаживать за тобой, пока ты будешь набираться сил. Понимаешь?

Волк тяжело вздохнул и мотнул головой, что я приняла за знак понимания и согласия.

Вообще, очень странная ситуация сложилась с момента моего появления в этом мире. Я почти не разговаривала, я всегда была одна. Разговор с Алиеной больше напоминал размышления, а больше я никого и не видела.

Даже договариваясь о месте в караване, я обошлась минимумом слов, да и те, запинаясь, так как впервые разговаривала на новом для меня языке. Алиена посоветовала мне даже имя мое не называть.