Таргитай-2. Освобождение

Дороги под конем богатыря то были прямые, как стрела, то вились, словно ленты, упирались в склоны холмов, либо взбирались на вершину, а оттуда резко направлялись вниз, к колышущемуся от ветра зеленому морю травы.

Он заезжал в города и села, спрашивая людей, не проезжал ли здесь могучий воин в волчьей жилетке с волосами цвета спелой пшеницы, как у самого Торвана, и голубыми глазами – тоже, как у него. Воина звали Таргитаем, говорил богатырь людям, и у него за плечами огромный Меч, а еще он играет на простой дудочке песни, которые трогают самое сердце.

Он спрашивал людей на базарах, в тавернах, на постоялых дворах.

Большинство пожимали плечами и разводили руками, но некоторые все же говорили, что вроде слышали что-то про этого богатыря. Будто он голыми руками победил Змея Горыныча и исцелил смертельно больную девчушку в одном из сел. Где он сейчас, в какую сторону поехал, никто сказать доподлинно не мог.

Пару раз Торван встречал красивых девушек в тавернах, оставался с ними на одну или две ночи, пел им песни, но потом скакал дальше, не обещая вернуться, но оставляя у них во чреве часть себя, чтобы дать потомство, оставить после себя что-то ценное.

Они смотрели вслед заплаканными очами, чувствуя, что никогда больше его не увидят.

Девушки чувствовали: над Торваном нависла неотвратимая опасность, он не доживет до седин, не увидит ни внуков, ни даже детей. Богами ему предначертана короткая, но яркая жизнь, и перед ними богатырь промелькнул, точно молния в грозу – ослепительная черта в небесах, что тут же погасла, но образ навеки отпечатался в памяти. Каждая уговаривала остаться, жить в любви счастливо, но Торван неумолимо гнал Черныща дальше, целеустремленный, суровый.

Когда же юноша изредка улыбался, казалось, из-за туч выходит яркое солнце, освещая и согревая все вокруг.

Торван гнал Черныша вперед. Только что в оставшемся позади городе ему сказали, что здесь две недели назад видели Таргитая вместе с другим воином, и они оба отправились дальше. Волчовка, которую на которую Торван сменил кожаный панцирь, защищает от холодного встречного ветра.

Город давно остался за спиной, впереди раскинулась привольная степь, разве что слева возвышаются горы. Повернувшись в седле, узрел вдали, ближе к горам, огромный труп.

В десяти шагах сидит человек с белыми волосами. Рядом пасется конь. Пришпорив Черныша, Торван поскакал туда. Сердце парня забилось чаще – вдруг этот воин слышал что-то о Таргитае, а, может, даже видел его!

Когда подъехал, то увидел, что этот человек просто огромного роста. Он широкоплеч, одет в пыльный дорожный плащ поверх кожаного панциря с украшающими его бронзовыми фигурами вставших на дыбы коней. Волосы белы, как снег, – еще светлее, чем у Торвана.