Темное влечение

 — Угораздило же его запропаститься в такой момент!

— Действительно, — ахнула я тихо, чувствуя, как все ближе подбираюсь к оргазму.

Перед глазами все потемнело.

— В такой момент… — проговорила, видя, как перед глазами начали загораться разноцветные круги.

Дыхание контролировать стало невозможно. Я вот-вот готова была начать стонать у всех на виду.

Кажется, какой-то звук все же вырвался из моего сжатого спазмом горла, но в следующий миг что-то произошло. Позади меня раздался щелчок, а затем я увидела, как в воздухе на поляне сгущается чернота.

Родерик мгновенно отвернулся, а в стороне кто-то закричал:

— Прорыв Тьмы! Скорее!

— Сейчас повалят лягухи! — взвизгнул кто-то радостно.

Виконт Блануш снова повернулся и отрывисто бросил:

— Прошу прощения, нужно срочно бежать!

И, даже не глядя на меня, придерживая шляпу, мигом умчался в лес. Такой прыти ожидать от грузного пухловатого некроманта было сложно.

А палатку вдруг полностью заволокло чернотой.

Вот только я уже не заметила этого всего. От нахлынувших ощущений передо мной разорвался воздух, в животе резко раскрутилась и лопнула раскаленная спираль, пустив по венам волну ослепляющего огня.

Я громко застонала, а когда открыла глаза, оказалось, что никого вокруг нет. Сквозь черный туман невозможно ничего разглядеть. Лишь лицо графа Шерье, распахнувшего шторки и глядящего на меня чуть прищуренными темными глазами.

— Значит, мне на слово мы не верим, так, Ниара-стесняшка?

Меня бросило в жар едва ли не сильнее, чем пару мгновений назад. И, хотя сейчас моя юбка была поправлена, чувствовала я себя практически голой под напряженным, горящим взглядом.

В эту секунду Кайл щелкнул пальцами, и Тьма, окутывающая все вокруг, начала рассеиваться.

— Так это вы сделали? — поняла вдруг я. — Чтобы никто не…

— Кажется, я задал тебе вопрос, — прервал он, шагнув ближе, заставляя меня бедрами впечататься в стол с бокалами. Хрусталь качнулся и жалобно взвизгнул.

Я резко выдохнула, сердце в груди оглушительно застучало. Уперлась руками в столешницу, слегка отклоняясь назад. Граф сделал то же самое, только нависая надо мной.

Несмотря на страх, что бурлил в моей крови от его угрожающего вида, я вдруг поняла, что… возбуждаюсь снова. Снова чувствуя его дыхание на своей коже, его близость и жар его тела, теперь уже я хотела прикоснуться к нему.

Протянуть руку и пальцами дотронуться до распахнутого выреза рубашки, до шеи с напряженными венами, до смуглой кожи, которая казалась такой гладкой, с напряженным рельефом мышц.

— Я хотела узнать, правду ли вы говорите, — ответила невозмутимо. И голос… почти не дрогнул.

— Узнала? — опасно спросил он, приблизившись к моим губам.

Еще пара миллиметров — и поцелуй…

Сердце почти остановилось.

— Узнала, — ответила твердо.