Только между нами (СИ)

Уверена, появится ещё какой-нибудь знак. Переезжать из Москвы я пока не планирую.

— Я понял, понял, — сдаётся Аркадий и лезет в карман брюк за телефоном. — Давай на всякий случай контактами обменяемся. Мало ли.

Я диктую ему свой номер, после чего беседа сама собой переходит на личное. Выясняется, что со своей женой-моделью Аркадий развёлся чуть больше года назад и, по его собственным заверениям, ничуть об этом не жалеет.

— Кстати, когда ты от Голдобина к Родинскому уходила, я был уверен, что ты и полгода в его офисе не протянешь, — неожиданно признаётся он.

 — Да и в браке с ним тоже, чего скрывать. Слишком вы разные. Рад был ошибиться. Ты извини за прямоту, ладно? Я тут немного выпил с друзьями, поэтому говорю всё, что на ум взбредёт. «Манхэттен» — это, кстати, Вити Барышева проект, если помнишь такого. Вон он сидит, рукой нам машет.

Мужчину, смотрящего на нас, я не помню, но всё равно поднимаю руку в ответном приветствии.

— Ладно, не буду тебе надоедать. — Аркадий касается моего плеча и слегка его сжимает. — Рад был увидеть. Звони даже без повода. Всегда буду счастлив с тобой поболтать.

— А ничего такой, — играет бровями Кристина, когда Разумеев уходит, и я вновь занимаю своё место за столом. — Давний поклонник? Смотрел на тебя с интересом.

— Общались исключительно по работе, — усмехаюсь я, отпивая коктейль, в котором за время нашего разговора с Аркадием успел подтаять лёд. — Смотрел с интересом, потому что хотел предложить новую должность.

Словосочетание «новая должность» моментально гасит Кристинино любопытство, и она переключает внимание на Ольгу, которая предлагает всем вместе спуститься на танцпол.

Я поднимаю руку, подзывая закрепленного за нашим столом официанта, чтобы заказать новый коктейль. Слова Аркадия о том, что мы с Романом слишком разные, застряли внутри меня и не хотят отпускать. Как вышло, что это было очевидно для человека, толком не знающего меня, но не для меня самой?

— Так, ты обещала пойти танцевать, Стелла! — Таня вскакивает из-за стола и обличительно тычет в меня пальцем. — Пошли-пошли. Отказов не принимаю.

Я пьянее, чем час назад, но желания потанцевать так и не появилось. Не появилось до такой степени, что хочется впиться ладонями в диван и бешено мотать головой.

И ладно бы речь шла о танцполе, где можно слиться с толпой, в которой никому нет до тебя дела. Так нет же. Танцевать предлагается «не отходя от кассы», то есть на виду у соседних столов.

В подпитии Таня способна быть чрезмерно настойчивой, поэтому я решаю хоть ненадолго избежать мучительной участи, сходив к туалетным комнатам. Напарницы по веселью у именинницы есть, поэтому нет причин для угрызений совести.