Только не рядом

Он выходит, и к нам присоединяется другой мужчина — друг Барона, и они увлеченно начинают спорить. Второй раунд позади, и вот-вот, через несколько минут, начнется третий. Я многого не понимаю в этом бое, но публика, собравшаяся тут, все очень хорошо понимает. Им нравится то, что они видят, и они хотят большего.

— Ну где ты, Холод? — Барон оборачивается на дверь и ворчит себе под нос: — Какой-то он странный стал в последнее время, надо его менять, наверное…

Потом он оборачивается ко мне.

— Ангелочек, надеюсь, ты не заскучала? — приторным голосом спрашивает он, а я опять отодвигаюсь назад, но он все равно берет меня за руку и тянет на себя. — Ангелочек, не нужно быть такой букой, мы люди добрые. Вот Петр Анатольевич подтвердит.

Он показывает на мужчину, сидящего рядом с ним. Тот не отличается от Барона. Такой же сумасшедший взгляд, скрывающийся за улыбкой, от которой становится холодно.

— Иди к нам, — говорит тот, и Барон тянет меня к ним.

Сопротивляюсь изо всех сил, но он сильнее. Меня спасает вошедший в комнату Высокий.

— Ну наконец-то! — обращает все внимание на него Барон. — Ты там всю арену, что ли, пробежал. Как там мои бабки?

Слышится объявление третьего раунда. Барон смотрит на ринг. И тут все происходит очень быстро. Высокий достает пистолет из кармана пиджака и выстреливает в охранников. Те даже не успевают ничего сказать, как их бездыханные тела уже валяются у входа. Высокий переступает через них и направляется дальше.

— Что за… — друг Барона не успевает ничего сказать, как ему в голову попадает очередная пуля.

— Что ты творишь?! — кричит Барон. Он пятится назад и в панике смотрит на дверь, но она закрыта, и тут мы одни.

— Ты хотел свои деньги?! — холодно спрашивает Высокий. — Ты их получишь.

И тут он выстреливает ему в ногу. Барон кричит от боли и оседает, корчась, на пол.

Тем временем Высокий подходит к нему вплотную и берет за шею, притягивая к себе. Второй рукой он достает что-то прямоугольное из пиджака. И приближает к лицу Барона. Это фотография, я не вижу, кто изображен на ней.

— Помнишь ее? — спрашивает Высокий, и теперь я вижу его настоящие эмоции: злость гнев и жажда мести.

Тот только мычит и стонет, вертя головой в разные стороны.

— Это девочка, которая очень хотела жить! И ты ей этого не дал, и сейчас я не дам этого тебе! — он отталкивает Барона на пол и отходит на несколько шагов, доставая пистолет.

Он уже мертв, но Высокий как будто не может остановиться, продолжает стрелять, и каждый раз бездыханное тело трепыхается. Я чувствую, что мои руки перепачканы кровью, как и одежда, не понимаю, откуда она, но мне кажется, что она везде, реки крови и горы трупов.

Не могу пошевелиться, не могу даже вздохнуть. Мне настолько страшно, что сердце вот-вот остановится от происходящего.