Только попробуй уйти

И все-таки «пользователь Kate Thompson» не давала мне покоя. Откуда ж она все-таки взялась? Глазами я нечаянно «зацепилась» за тему письма: «Саша, прошу тебя…»

«Нельзя подслушивать чужие разговоры, копаться в чужих вещах, читать чужие письма…» Я повторила эту простую заповедь про себя и быстро щелкнула на «крестик», закрыв браузер. И даже отодвинулась от стола.

– Что с тобой? – удивленно посмотрел на меня Митя.

– Не знаю, – призналась я, вспомнив тему послания. – Какое-то тревожное чувство вдруг посетило. Аж затошнило.

– Из-за чего? – спросил брат.

– Не знаю, Мить, – повторила я. Брат озадаченно косился в мою сторону. А у меня перед глазами стояла аватарка загадочной «Kate Thompson». Изображение было мелким, но я успела разглядеть на фотографии темноволосую женщину.

– Мить… – начала я неуверенно.

– Ничего, – тут же откликнулась я.

– Да что с тобой сегодня? – рассердился Митька.

– Считаешь сильно низким поступок, если я открою одно письмо?

– Считаю, что да, – настороженно ответил брат. Он даже отложил в сторону телефон и привстал с кровати.

Сама себя не прощу, если открою это послание… И если не открою, тоже буду мучиться. Как быть?

– Ты бы видела сейчас свое лицо, – сказал Митя. – Будто привидение увидела. Ты меня пугаешь.

– Сама себя пугаю! – воскликнула я. – Знал бы, какие противоречивые чувства я сейчас испытываю.

– Что ты пристала к какой-то иностранке? – удивился брат. – Пусть переписывается с кем хочет. Папа взрослый человек. И какие могут быть противоречивые чувства? Читать чужие письма – низко. Точка.

– Да, я понимаю… просто… Зря мы нашли этот чертов ноутбук.

– Ты слишком драматизируешь, – усмехнулся Митя, растягиваясь обратно на кровати.

– Что ж, я только посмотрю ее профиль, – решилась наконец я. – Само письмо читать, конечно, не буду.

Вновь с противным скрипом, от которого по спине пробежали мурашки, пододвинула стул к письменному столу, открыла браузер…

И вот я уже почти минуту пялилась на лицо темноволосой незнакомки. Смеющиеся карие глаза, широкая белозубая улыбка, по которой можно было назвать женщину типичной американкой. И все-таки я не верила своим глазам.

– Мить… – хрипло начала я. – Посмотри! Тебе не кажется, что эта Кейт… это я спустя двадцать лет?

– Господи, Саша, ты все-таки открыла письмо? – проворчал брат, поднимаясь с кровати. Скри-ип. И все внутри сжалось от страха.

– Да я только фотку открыла… – упавшим голосом сказала я.

Митя подошел к столу. Нагнувшись, брат мельком глянул на изображения профиля.

– Ну да, что-то такое есть, – буркнул он. – Прикольное совпадение.

Но потом нагнулся ниже и стал рассматривать фотографию внимательнее. Митя молчал. И я молчала. И эта напряженная тишина, словно тяжелая кувалда, била по нервам.