Только попробуй уйти

– Я даже немного тебе завидую, – призналась я. – От тебя не скрывали правду. Понимаю, совсем маленьким детям такое так просто не объяснишь, но ведь мы уже давно не малыши. Можно было все рассказать. Как папа не чокнулся? Столько лет жить во лжи. От того, что он скрыл правду, страдаем теперь все мы. И как он тогда вообще перенес это расставание?

– Когда моей мамы не стало, – начал Андрей, – отец первое время каждый вечер напивался до потери сознания и рано засыпал. Меня хотели определить в Дом ребенка, пока он не придет в себя. Но бабушка не позволила. Первые полгода своей жизни я провел у нее.

– Все это так печально, – пробормотала я. – Мы тоже до школы часто у бабушки оставались. Особенно в выходные. Потому что папа был спокоен за нас, только когда мы оставались в саду. Там вкусно кормили. А отец всю жизнь много работал. А еще так и не научился готовить. Обычно он нам делал яичницу, бутерброды с колбасой и варил картошку в мундире. А бабушка по субботам откармливала супами. Потом уж я потихоньку готовить научилась. Когда в школу пошла.

– А как к этой новости отнесся Митя? – спросил Андрей.

– Если честно, мне показалось, что как-то чересчур спокойно, – ответила я. – Но Митя никогда не показывает своих настоящих эмоций. Иногда мне кажется, что в этом вы с ним похожи… Митя предложил дождаться отца и выслушать его объяснения. Но что за обстоятельства могут возникнуть, что ты просто забиваешь на своих детей? Я такого не понимаю… И не пойму никогда. Нет, брат не будет плакать из-за нее. И я не буду.

Интересно, в какой раз я произнесла эту установку? Похоже на самовнушение.

– Я стараюсь держать себя в руках, – продолжила я. – Хотя обычно я очень эмоциональная. Но при Мите не хочется совсем расклеиться… и при тебе тоже. Сижу вот, песочек ковыряю палочкой. А внутри себя кричу, громко хлопаю дверью… И плачу всем сердцем. Я слабая.

– Ты не слабая, – покачал головой Андрей, а затем тут же притянул меня к себе. – Ты права на мой счет. Я очень сдержанный. Я сухой. Я скуп на эмоции. Мне так хочется поддержать тебя сейчас… Ты только скажи – как?..

В ответ я обняла Андрея еще крепче.

– Просто не уходи больше. Пожалуйста.

Не знаю, сколько времени мы с Андреем просидели на берегу, на его расстеленной ветровке. Тот самый светлый анорак, в котором был парень, когда мы впервые встретились. Перед глазами тут же появилась картинка, как Андрей склонился над моей раненой Пуговкой. Как в то утро дождь заливал его лицо и капли воды стекали с русых волос. Помню, как Андрей пытался меня отвлечь от слез, когда тащил на руках собаку, спрашивая, какой породы Пу… Чувствовалось, что и в эту ночь Андрей вновь хотел, чтобы я хоть на мгновение забыла о возникших проблемах.