Тонкая душевная организация

Решай, где вы с Митькой будете жить, у тебя или у меня.

- Здесь? – Переспросила я, побоявшись, что ослышалась.

- Не обязательно. Хочешь новую квартиру? Или дом? Не думаю, что на оформление уйдет больше недели, если все делать грамотно. – Принялся рассуждать Кожевин.

- Слав, ты нормальный? – Усомнилась я в душевном здоровье мужчины. – Мне хватает той квартиры, где я сейчас живу и….

- Значит, я перееду к тебе. А там сама решай, что покупать будем и какой площади. – Разрешил он и поставил передо мной поллитровую кружку теплого напитка.

- Что это? – Перевела я тему, не в силах продолжать данный разговор.

- Укрепляющий травяной сбор. – Было отвечено мне.

- Я не хочу. – Открестилась из чистого упрямства, потому что запах от кружки шел очень вкусный.

- Хочешь. Иначе я сейчас сделаю тебе неприличное предложение. – Вновь перешел он на угрозы.

Я тут же схватила кружку и принялась за напиток. Действительно вкусно. Покосилась на довольного Кожевина. Шантажист махровый. Спрятала улыбку за посудой, понимая, что вовсе не против его такого поведения. Пока что.

- Спать? – Слава поднялся на ноги, стоило мне допить травяной сбор.

- Может быть, домой? – Спросила, ни на что не надеясь.

- Все завтра. Сейчас глубокая ночь, перебудим только всех. – Кожевин вновь поднял меня на руки.

- У меня ноги есть. – Напомнила.

- А у меня руки. Так что терпи. – Фыркнул несносный мужчина и поволок меня в спальню.

Оказавшись в кровати, я тут же залезла под одеяло. И так бельем на пятой точке пришлось светить. Слава тут же пристроился рядом. Я упрямо молчала. Он тоже. Наверное, меня разглядывал.

- Ничего не хочешь мне сказать? – Он повернулся на бок и положил руку на мое бедро, прикрытое одеялом.

- Нет. – Я смотрела в сторону, избегая любых разговоров.

- Даже про сына? – Вкрадчивым голосом уточнил он. У меня внутри все сжалось. А снаружи затрясло. Я резко повернулась к нему лицом. – Ясно. Тогда будем спать. – Пока я пыталась прийти в себя, Слава спеленал меня руками, уложил головой на свое плечо и прижал к себе. – Утром все расскажешь. – Я замерла, боясь пикнуть. А ну как начнет трясти с меня подробности. – Я эту картину три раза перерисовывал. – К моему удивлению, перевел он тему, указав на стену. – По памяти же рисовал. У меня от тебя ни одной фотографии не осталось. Как-то не думал, что понадобится. Считал, что ты всегда рядом будешь. Вот и пытался каждую твою черту вспомнить. Визуализировать.

- Зачем? – Прошептала, не удержавшись.

- Заклинило меня на тебе тогда так, что думал – сдохну, если откажешься со мной быть. А ты взяла и исчезла через два месяца…. У меня тогда ломка была, почти как у наркомана. Отец ругался, мама пыталась меня в чувство привести. Ничего не помогало. Галка тогда меня в лес с фотоаппаратом и вывезла. - Хмыкнул он.

- Прости.