Тоннель

Потому что ну ладно еще проходчики и подводник, но уж левый мужик-то с часами был всяко не при делах и такой же мокрый, такой же точно, только в хороших ботинках.

— А сама-то она кто, эта!.. — визжала главный бухгалтер. — Пускай свой диплом тоже показывает тогда! — и у визга ее появился запах, такой же сиропный, как ее гадкий парфюм.

— Три ребенка! Вместо каждого — три!

Скандалистка из голубого Пежо верещала хозяйственным мылом, и хлоркой, и детской рвотой, лысый товаровед вопил перегнившим луком и тряпками, а сильнее всего разило от седого профессора — сырым мясом и «Тещиной закуской», кровавыми простынями и фасолью.

Чиновница из Майбаха опустила лицо в блокнот, но услышала пыльную вонь целлюлозы и кислую струйку чернил. Буквы дергались, наползали одна на другую, и кто-то прямо внутри ее головы скрипел пенопластом по стеклу. Такой мигрени у нее еще не бывало. Это вообще была уже не мигрень.

— Паразиты! — визжал пенопласт. — А сама-то она!.. Наззад, я сказал! Три ребенка вместо каждой бесстыжей сволочи! — И у пенопласта был тоже свой тошнотворный запах, а теперь еще цвет, ядовитый, кислотный, который бил по глазам толчками, как стробоскоп.

— Значит, вот мы как сделаем, мы сначала посчитаем детей! Всех до единого, а потом уже! Только потом, и на общих основаниях, на об-щих!

Владелице Пежо 206 (возраст — 44, образование высшее библиотечное, домохозяйка) пройти отбор не светило ни на каких основаниях, даже на самых общих. Будь она даже звездой хирургии — не светило все равно, и сообщить ей об этом стоило именно сейчас, чтоб увидеть, какое у нее станет лицо. Но чиновница из Майбаха не хотела больше ни лиц, ни цветов, ни запахов, особенно — запахов.

Ей нужно было назад, в холодный стерильный воздух, пока все эти запахи не проникли вместе с нею за дверь. Поэтому глаза от блокнота она поднимать не стала, сосредоточилась на прыгающих строчках, заставила их успокоиться и просто прочла фамилию, отмеченную галкой, — первую, которая покорилась и улеглась:

— Красовский Игорь Витальевич! — Звук собственного голоса грохнул у нее в голове, как граната, но вокруг стало тише — сразу, как если бы сверху бросили ватное одеяло. — Игорь! Витальевич! — повторила она тогда. — Инженер-теплотехник.

Есть такой?

— Я Красовский, — сказали совсем рядом. — Витальевич... Здесь!..

— Овсянников Константин Михайлович, наладчик компьютерных сетей, — прочитала она вторую случайную галку. — Хабибулина Фарида Рустамовна, климатолог, — и дальше пошла быстро, листая страницы, не всматриваясь: Жук Александр Степанович, слесарь-монтажник, Зотов Денис Иванович, сантехник. Бондаренко Злата Борисовна, технолог пищевого производства, Ким Андрей Геннадьевич, радиомеханик. Штайнер Валерия Сергеевна, химик-эколог.