Трепет. Годы спустя

- Может, все-таки одного из них назовем Марсель?

Я вздрагиваю, когда Яна называет это имя.

- Нет, я серьезно, Рустам. Я ведь хотела так назвать ребенка раньше. Сейчас у меня есть шанс это сделать. Пусть будет Марс - воин.

Снова наклоняюсь, прижимаюсь губами к губам жены и сжимаю ее хрупкие плечи. У меня нет слов, чтобы правильно выразить, как много это значит для меня. Я бы хотел сейчас вложить в нее свое сердце, чтобы она почувствовала все то, что чувствую я. Только так она смогла бы до конца понять меня. Ту любовь и благодарность к ней, которые до края заполняют мое существо.

- Спасибо, тебе, малыш. Пусть будет Марсель...

- А второго, как назовем?

К тому моменту, как возвращается Амилия, мы так и не выбрали имя второму сыну, поэтому предлагаем ей поучаствовать.

- Стефан... А, нет! Роберт или Эдвард - я просто "Сумерки" люблю... А еще можно Аче... "Три метра над уровнем неба" я тоже люблю. Касас такая прелесть! Кстати, Марио! Хотя... Марио Багримов как-то не очень звучит. Роберт или Эдвард лучше!

Мы с Яной переглядываемся и закатываем глаза.

Спасает нас приход медсестры. Открыв дверь, она вкатывает в палату две кроватки с нашими детьми.

- Пора знакомиться? - расплывается в белозубой улыбке полная темнокожая женщина.

В палате тут же воцаряется тишина. Яна и Ами завороженно смотрят на то, как медсестра достает из кроватки сначала одного малыша, аккуратно кладет жене на грудь, а второго подносит мне. Я осторожно беру крохотного сына. Он меньше моего предплечья...

- Это Марсель, - шепчет Яна, пальцем проведя по щечке ребенка. - Какой ты красивый... Какие вы оба красивые...

Я смотрю то на сыновей, то на жену, и все пытаюсь осознать размеры своего счастья, но кажется, это невозможно, потому что его слишком много. Оно пропитывает пространство, пронизывает воздух, вырастает величиной с целый мир.

У Яны слезы текут по щекам. Мой маленький сильный малыш. Сколько ты перенесла...

- А как тебе имя Эмиль, Рустам? Похоже на Амилию. Я как-то читала, что эти имена означают "соперник, не желающий уступать".

- По-моему, очень хорошее имя, малыш.

Услышав это, дочка кривит лицо и громко фыркает, но все же подходит ко мне и осторожно проводит ладонью по животику ребенка.

- Ты только посмотри на этих двух мстителей! - буркает Ами, широко улыбнувшись. - Какие злопамятные! Ну, ничего! Вот подрастешь ты, Эмильчик, мы с тобой вдвоем им покажем. И Марселя тоже на свою сторону переманим!

Яна заливисто смеется.

- Слушайте, можно я вас сфотографирую всех вместе? - спрашивает дочка, достав телефон из кармана джинсов.

- Нет, Рустам, лучше пусть нас сфотографирует медсестра, - отвечает жена и подзывает Амилию жестом к себе. - Садись рядом!

Передав медсестре гаджет, дочка усаживается на кровать. Они с Яной придерживают Марса, Эмиль лежит у меня на руках.