Трое в долине

Отца Риона мы тоже уже знали, поэтому на его приветственный кивок, как будто он старых знакомых встретил, я ответила с некоторым смущением.

На мастера Миррта, стоящего дальше всех от двери, только раз посмотрела и тут же отвела глаза – побоялась себя выдать. Злюки, правда, рядом не увидела, но не сомневалась, что наша хитрюга непременно пасется поблизости.

Еще среди присутствующих находился, к моему вящему удивлению, Норман Доверо, старший брат нашего Ларуна, карающая длань императора, как его еще иногда называли, и по совместительству глава из самых могущественных имперских управлений.

Он при виде нас вообще расплылся в широчайшей улыбке, и впрямь как добрый дядюшка. Но никто этой улыбкой не обманулся, потому что прекрасно знали, какой за ней скрывался хищный оскал.

А вот последнего мужчину я раньше видела только на картинках в учебниках. Господин Танор Агилар. Военный советник его величества Дамиана Второго. Фактически второе лицо в государстве, высший чиновник, главнокомандующий и человек, обладающий властью не меньшей, а подчас и большей, нежели сам император.

На картинках его, правда, всегда изображали более старшего возраста и намного более грозным, чем в жизни.

А на деле выяснилось, что у него и взгляд далеко не такой грозный, и лицо не такое худое, и губы он вовсе не поджимает, словно в преддверии выговора… и вообще господин Агилар оказался очень даже приятным, ухоженным, лишь слегка седеющим мужчиной средних лет с аккуратной бородкой, тонкими чертами лица и проницательными глазами, в которых угадывался вполне ожидаемый вопрос.

– Вот, значит, как выглядят наши герои? – добродушно усмехнулся он, когда мы нерешительно замерли у порога.

 – Ну заходите… заходите, эрты, не стесняйтесь, мы не кусаемся.

А когда мы приблизились и Ларун отступил в тень, не без удовольствия нас изучал, после чего обернулся к эрту Торано и кивнул:

– Интересные ребята. Как им удалось установить над долиной щит, при этом находясь снаружи, а не внутри его? Я, конечно, не маг и не колдун, но даже мне казалось, что это невозможно.

Ректор мазнул по нам нечитаемым взглядом.

– В отношении абсолюта никогда нельзя быть ни в чем уверенным. Линнель с некоторых пор работает со стихиями напрямую.

Без всякого стопора. А с такой поддержкой, какой способна обеспечить его Корно, у него нет вообще никаких ограничений. Это немного меняет отношение к магии, да и саму магию меняет настолько, что порой она способна принимать самые невообразимые формы.

– Да, – задумчиво проговорил господин военный советник, искоса на меня взглянув. – Наслышан о вас, эрта… и о ваших способностях. Говорят, вам удалось освоить «прозрение»?

– Очень необычный талант. Особенно для студентки.