Трое в долине

– Нам нужно поговорить, – не терпящим возражений тоном заявил старик и повелительным жестом указал на дверь.

– Ш-ш-ш! – еще пуще ощетинилась Злюка, решительно загородив меня собой. Но мрон только отмахнулся.

– Да не съем я ее. Не дергайся. И ты не дергайся, – снова повернулся он к заметно напрягшемуся Миррту. – Ее надо подготовить. А от тебя в этом плане мало проку.

Я наклонилась и подняла с земли кошку.

– К чему вы хотите меня подготовить?

– К тому, что очень скоро вы станете одной из нас. И это накладывает определенные обязательства.

– Без нас она никуда не пойдет, – спокойно произнес Ник, становясь рядом со мной плечом к плечу.

Ланка, подтверждая его слова, молча заняла место с другой стороны. А следом за этим мне в затылок дохнуло горячим, после чего нас сразу с двух сторон обняли белоснежные крылья.

– Однако… – озадаченно пробормотал аму Нарин, когда неслышно приблизившийся Алозаль грозно заворчал. – И как я должен это понимать? Адан?

Мастер Миррт тихо хмыкнул.

– Я предупреждал: их нельзя разлучать.

– А сам-то ты как собираешься потом?..

– Это уже мои проблемы, – непонятно отозвался наш странный препод.

 – Кстати, разговаривать с ними будешь в моем присутствии. И это не обсуждается.

Аму Нарин нахмурился и некоторое время молчал, однако потом все-таки неохотно кивнул и, развернувшись в нашу сторону, еще неохотнее бросил:

– Идемте. Эла, спасибо за помощь. Дальше мы сами разберемся.

– Удачи, – одними губами шепнула нам нэла Арти и спустилась с крыльца.

Однако прежде чем мы успели сдвинуться с места, откуда-то с крыши вдруг с пронзительным криком взвился Кори. Практически одновременно с ним сидящая у меня на руках Злюка вскинула усатую морду к небу и тоже беспокойно мявкнула.

Секундой позже в соседнем дворе завыли сразу два невидимых пса. Где-то высоко в небе тревожно закурлыкало несколько грифонов.

Заслышав их, нэла Арти разом поменялась в лице. Мастер Миррт помрачнел. А аму Нарин повелительно махнул рукой, дождался, пока на его плечо приземлится взъерошенный Кори. Коснулся ладонью его головы, ненадолго прикрыл глаза, словно к чему-то прислушивался, а затем внезапно севшим голосом уронил:

– Адан, надо собрать стаю. С нашими братьями в подземельях случилась беда.

Слова пожилого мрона меня неприятно удивили, насторожили и одновременно встревожили. Однако прежде чем я успела прийти в себя, аму Нарин отвернулся и, вскинув голову, издал какой-то странный, тихий, но пронизывающий до костей горловой звук.

Это было что-то среднее между рычанием и пением. Какой-то зов. Вроде бы и тихий, шагов с двадцати уже не услышишь, но при этом его можно было ощутить буквально кожей, всем своим существом. Как беззвучный приказ. Тревожная весть.