Трофей для альфы

Но парную тягу не могла перебить даже стопроцентная ненависть. Животное «я» диктовало условия, да и сегодня хотелось нормального секса, но ее выставили за дверь как дешевую проститутку!

Ещё и эта девка! Стычка в магазине не давала покоя, тревожила память. Хамить ей решила, страхолюдина человеческая! Наглая пробляль, умудрившаяся ещё и оказаться подстилкой Ярского.

Илону не волновало, с кем кувыркается альфа, а вот то, что какого -то хрена он вздумал вмешаться…

- Ублюдок, - прошипела тихонько.

Чуть руку ей не сломал - защищал наглую курицу!

Волчица бесилась, требуя вызвать человечку на дуэль. Вот так взять за горло и порвать без жалости. Ревновала и злилась на самца, пробивала выместить гнев в сексе, но альфа даже не взглянул на нее!

Илона нахмурилась, задумчиво покручивая браслет.

Что-то настораживало и ее, и волчицу, но никак не понять – что именно. Девка? Нет. Ярский в любом случае не останется с шлюшкой, даже если сильно захочет. Отказ? Такое уже случалось. Ублюдок просто прикрывался работой или развлечениями на стороне, пока волк не начинал давить так, что альфа вынужден был подчиниться требованию зверя. И тогда в постеле случался ядерный взрыв.

Илона чуть не застонала, вспоминая таранящий ее член и жадные ласки. Всю ночь до утра и потом еще. У альфы с достоинством порядок. Крепкое, и размерчик как раз. Трахаться с таким - одно удовольствие.

И скоро Герман наверняка сорвется, но ждать, чтобы он окучивал новую подстилку? Перетопчется!

Куда там он собирался, кстати? В очередную командировку? Так почему бы не составить компанию? Вот ее ненаглядный обрадуется…

И оборотница довольно улыбнулась.

Вода текла по рукам, смывая остатки муки и теста. По кухне плыл одуряющий запах поджарки, а во рту до сих пор привкус сладости сырого мяса.

Не удержалась. Вид кроваво-розовой мякоти взбудоражил обоняние, и рот затопило слюной. Влада не помнила, как выхватила из пакета шматок и вскрыла упаковку. Очнулась, когда горло залило мясным соком… М-м-м, так вкусно!

- Вкусная, - согласился голос над ухом. – Моя…

Волоски на шее встали дыбом от страха вперемешку с предвкушением. Она знает этот голос.

- Моя, - низко зарычал оборотень и, перехватив за талию, дернул на себя.

Между ягодиц уперлось твердое. Влада потерлась кошкой, с наслаждением прислушиваясь, как сбивается мужское дыхание.

Ее развернули на сто восемьдесят. Один вздох - и под попой столешница, а майка и штаны валяются на полу кучей тряпья.

Пьяная от возбуждения и страха, она подняла голову и потерялась в серо-золотых омутах. Пропала в обещании откровенного разврата, приправленного изысканной лаской. Они ещё многое не пробовали…

За подбородок ухватили горячие пальцы, и Влада судорожно облизнулась, предвкушая поцелуй.

Альфа не подвел.