Трофей для хулигана

Иначе сознание моментально уплывает в состояние истерики. Жених резко разворачивается ко мне лицом. Я врезаюсь в его грудь, и ему приходится подхватить меня за талию, удерживая от падения. На несколько мгновений наши взгляды встречаются. Не могу смотреть ему в глаза, и захлопываю свои. Потому что боюсь увидеть в его то, что всегда боялась увидеть. Сначала в глазах родителей, преподавателей, вот теперь… Разочарование.

Рука Артура скользит с моей талии вверх, останавливается на уровне шеи и отводит в сторону волосы. Я чувствую прикосновение мужских пальцев на своей артерии, она разгоняется пульсом, и кожа начинает гореть.

Ощущение скольжения заканчивается на месте засоса, и Артур отдергивает от меня руки. Мне самой противно.

— Я не знаю, что сказать… — выпускаю из лёгких воздух со свистом и медленно стекаю по стене на пол.

В нашей квартире с него можно смело даже есть — идеально чистый. Артур думает, что никто не замечает, но я знаю, что каждый раз после ухода клининговой службы, он надевает белые носки и ходит по квартире, принимая работу.

— Даша, встань с пола, — устало просит мой жених, — Окна открыты.

— Мне не холодно, — обхватываю себя руками под коленками и втыкаюсь в них лбом.

Артур стоит напротив меня, привалившись спиной к стене, смотрит куда-то в сторону невидящим взглядом и молчит.

— Ну почему ты не кричишь? — меня истерично срывает от тишины, — Ты ведь все понимаешь! — я закрываю пылающее лицо ладонями. Господи, сказать ему открыто «прости, я тебе изменила» — это просто не возможно.

— Что я должен понимать, Даша? — его голос на секунду ломается, а потом снова становится ровным.

— Зачем ты это делаешь? — я вскидываю на него умоляющие пожалеть меня глаза.

— Говори… — его взгляд прямой и давящий.

— Я… — сглатываю и мотаю головой, — Нам нужно отменить свадьбу, — говорю на горячем выдохе.

— Потому что… — холодно продолжает он мою фразу.

— … Я была с другим, — тихо заканчиваю, и мое горло снова стискивает слезами.

Пожалуйста, можно мне просто исчезнуть, прямо сейчас стечь за плинтус… Господи, как мне мерзко и стыдно.

— Я понял, — кивает Артур, отталкивается спиной от стены, небрежно скидывает ботинки и идёт в сторону кухни.

Я слышу как стучат дверцы шкафчиков, шумит вода, а сама ощущаю, что трясусь.

Мне бы было гораздо легче, если бы он ломал, орал, крушил, срывался на некрасивые слова, но это все не про Артура. Я осторожно поднимаюсь, цепляясь за стену, и иду за ним следом.

— Верни мне, пожалуйста, телефон, — прошу с тихим надрывом, — Мне нужно позвонить.

Артур невозмутимо закатывает рукава рубашки и повязывает льняной фартук прямо поверх костюма. В другой день мой жених никогда бы так не сделал. Верный признак того, что он не в себе.