Трогать запрещено

За считанные мгновения «до» я успеваю просчитать следующий ход Данилова и понять, что он собирается делать. Отступаю ровно в тот момент, когда кулак друга пролетает в миллиметрах от моего лица, разрезая воздух.

— Степа, блть! — рычу я. — Не намахался еще?

— Она моя дочь, Титов! — поймав равновесие, отвечает Данилов. — А ты — скотина! — снова налетает на меня. Я снова уворчиваюсь, попятившись. Сука, да что ж ты делаешь?!

Из Степыча так и херачит кипящая энергия, завязанная на злости, поэтому приходится ответить. Видит бог, я не хотел его бить! Но по другому его не остановить.

И мой кулак, припечатав в челюсть Данилову, сшибает его с ног.

— Ты сам напросился. Степа, мать твою…

Пока этот крендель заваливается, хватает меня за куртку и утягивает за собой. В итоге падаем оба, по уши утонув в свежевыпавшем сугробе. Копошась, пару раз заезжаем друг другу по лицу. Все мокрые и в снегу, вываливаемся на подъездную дорожку. Держим друг друга за грудки. Данилов нависает сверху, намереваясь начистить мне морду. Когда его тормозит визг:

— Ой-ой! — кудахчет женский голос. — Степан, у вас все хорошо?! Полицию вызвать?!

Мы одновременно поворачиваемся на голос.

У открытых ворот стоит женщина лет пятидесяти. Видать, бдительная соседка вышла на сопение и пыхтение двух сорокалетних идиотов, решивших, что кулаки — лучшее решение проблемы.

— Кхм, — откашливается Данилов, но меня не отпускает. Лежим, блядь, как два пацана, в снегу. — Не надо полицию, Тамара Петровна. Все хорошо. Друг приехал, вот… здороваемся.

А у самого ссадина на скуле и губа кровит.

— Как дети малые, — качает головой женщина и исчезает из виду.

Данилов первым поднимается на ноги. Подает мне руку.

Я смотрю на него, шмыгнув носом. Разбил, что ли? Тиранул тыльной стороной ладони. Кровь. Снова смотрю на Данилова и, ухватившись за его руку, поднимаюсь на ноги.

— Сноровки не теряешь, — говорит Степа. — Удар у тебя не изменился.

— Тачку загоняй. Быстро тебе свалить не получится.

Уже через пару минут вхожу в дом с пакетом, издающем характерные стеклянные звуки.

— Подготовился, смотрю, — Данилов уже скинул куртку.

— Как видишь, — раздеваюсь, бросая пальто на вешалку в прихожей.

Следую за ним в кухню. Ставлю бутылки с вискарем на стол. Данилов достает бокалы и оборачивается, заявляет:

— Знал бы ты, как хочется съездить по твоей роже, Титов!

— Уже съездил и не раз, — отвечаю тем же тоном.

 — Учти, теперь будешь получать в ответ.

Степан садится за стол, поставив два бокала и тарелку с сырной нарезкой. Я вскрываю одну бутылку, тут же плеская в роксы. Данилов недолго думая быстро опрокидывает в себя янтарную жидкость. Залпом. Стягивает ломтик сыра и бычится, переведя на меня взгляд из-под бровей.

— Прекрасное начало, — хмыкаю, повторяя маневр Степана.