Трогать запрещено

Народу не очень много — только самые близкие нам люди. Те, кто шел и идет с нами рука об руку все это время.

Когда мы заходим в зал, нас с Даном встречают с шариками, обсыпая разноцветным конфетти из хлопушек. Со всех сторон звучит громогласное «ура» и аплодисменты. Мы в центре внимания. И я снова готова рыдать! Ох уж эти гормоны!

Фирма организатор устроила настоящий мимими-рай в зале ресторана, украсив все в розово-голубых тонах. Из динамиков играет приятная музыка, а столы сервированы умопомрачительно вкусными закусками. На вечере работает нанятый нами фотограф, который устраивает целую фотосессию: нас с Даном и гостями.

Я хочу, чтобы было много фото! Я хочу, чтобы был целый альбом! Чтобы наш ребеночек знал, как сильно мы его ждали и как счастливы мы были в этот день!

За столом слышится много приятных слов и поздравлений. Уютная, теплая атмосфера и поддержка любимого мужа, который весь вечер не выпускает из своей ладони мою, отодвигают весь мандраж и волнение на задний план.

Я много смеюсь, много улыбаюсь и просто наслаждаюсь тем, что я здесь и сейчас. Даже наш малыш или малышка затихает, успокаиваясь.

Одним из самых слезливых моментов программы вечера становится видеонарезка наших с Даном фотографий.

Видео сделано, как обращение к будущему малышу. Это настолько умилительно, что рыдают все женщины. Да что там, и у папы с Богданом глаза на мокром месте! Кадры с самого начала наших отношений до этого значимого момента, который собрал всех нас здесь. Потрясающе осознавать: сколько всего уже у нас за плечами!

А вот когда приходит время лопнуть шарик и узнать, кто у нас родится — волнение возвращается. Я снова начинаю мандражировать. Крепко цепляясь за руку мужа, выхожу на импровизированную невысокую сцену.

По центру красуется огромный черный шар, на котором написано «мальчик или девочка».

Неужели уже вот-вот все станет известно? Мамочки!

Глажу ладошкой живот.

Неважно, кто там! Я уже его или ее люблю. Всем сердцем и всей душой. Мы безумно тебя ждем, малыш! Осталось совсем немножко…

Словно почувствовав важность момента, услышав мысленно обращенные к нему слова, ребеночек легонько толкается. Я охаю. Дан притягивает меня к себе за плечи:

— Все хорошо, Котенок?

— Да, — улыбаюсь. — Опять пританцовывает наше чудо.

— И почему у меня такое ощущение, что наш бандит или бандитка из роддома на своих двоих выйдет?

Я смеюсь. С такой активностью — не удивлюсь, если так оно и будет.

Перед тем, как выпустить мою руку и встать с другой стороны шарика, Дан наклоняется и шепчет мне на ушко:

— Я люблю тебя, Котенок! Больше жизни люблю!

Я улыбаюсь, глядя в любимые карие глаза:

— Я тоже тебя люблю, Дан!

Напоследок сжимая в своей ладони мои пальчики, муж берет из рук организаторов иголочку. Вторую протягивают мне.