Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Особенно если Бисмарк догадается разменять нашу милую Францию на склочную старуху Австрию, на которую у русских уже отрос зуб размером с драгунский палаш.

Герцог Деказ кивнул:

– Да, господин маршал, Россия – единственная наша надежда. И надо сделать все, чтобы привязать ее к нам. Сейчас русский царь нуждается в средствах – война ужасно дорогая вещь, и на содержание войск требуются огромные деньги. Как всегда, русской казне их не будет хватать. Поэтому надо предложить российскому министру финансов, как его… Михаилу Рейтерну, при котором государственный долг России растет как на дрожжах, подумать о заграничных займах.

К нашему несчастью, эта война кончилась, так и не начавшись… Но мы что-нибудь придумаем.

Кстати, этот самый Рейтерн вхож в кружок лиц, близких к брату царя, великому князю Константину Николаевичу, который ратует за дальнейшую европеизацию России. Надо убедить Рейтерна, а через него и великого князя Константина, что России в поисках средств для латания бюджетных дыр стоит начать переговоры с парижскими банкирами.

– Да, пожалуй, – задумчиво кивнув, произнес Мак-Магон.

 – Займы – это как опиум для китайцев, которые быстро к нему привыкают и без которого уже никак не могут обойтись. Пусть русские привыкнут получать деньги от нас. Потом они, чтобы получить займы снова и снова, будут вынуждены послушно выполнять все наши требования. И, если надо, умирать за наши интересы.

Президент Франции прикрыл глаза.

– Хорошо, господин маршал, я переговорю с парижскими Ротшильдами, они, как я думаю, смогут убедить русского министра финансов сделать правильный выбор.

– Ну, а что мы будем делать с таинственной эскадрой?

– Господин президент, у меня появилась интересная мысль.

А что, если мы пошлем в Константинополь месье Жюля Верна? Именно в Константинополь, а не в ставку русского царя, где наших людей и так предостаточно. Мы снабдим его всеми необходимыми документами и пошлем писателя в качестве полномочного представителя Французской Республики. Он своим изощренным умом попытается понять – что за таинственные корабли и летательные аппараты появились на Босфоре.

Я знаю, что многие русские являются поклонниками его таланта.

Месье Жюль Верн будет рад увидеть все своими глазами. И, как истинный патриот Франции, доложит потом, что ему удастся увидеть и понять. Пусть он попробует договориться с теми людьми. Пусть льстит, обещает, договаривается…

Только если нам это будет невыгодно, мы потом все равно ничего не исполним.

Мак-Магон тоже встал и торжественно пожал руку своему министру иностранных дел:

– Я считаю, что вы, герцог, действительно, нашли остроумный и удачный ход.