Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Так дело не пойдет…

С другой стороны, оставлять ее на «Североморске» нельзя. Как я понял, у начальства на наш корабль свои виды. Предполагается направить ВПК в Средиземное море, где он будет ядром крейсерского отряда кораблей Черноморского флота и каперской флотилии греков. Мы будем тем «большим дядькой», который станет присматривать за своими подопечными, наводя их на цели, а в случае необходимости прикроет их от других «больших дядек». Брать Ольгу в долгое и опасное крейсерство – тоже не выход…

И тогда я вспомнил ту красавицу-корреспондентку с телеканала «Звезда», которая снимала наши маневры в Босфоре и нас – героических морских пехотинцев, на фоне дворца султана.

Если мне память не изменяет, зовут ее Ириной. Можно будет попросить ее присмотреть за Ольгой. Ну и заняться ее образованием. Этим мы убьем двух зайцев. Первое: как-никак Ольга будет в относительной безопасности. И второе – Ирина проведет с Ольгой воспитательную работу, подтянув ее сознание до уровня XXI века. Дело в том, что Ольга уже стала догадываться – откуда и кто мы. Не знаю, может, кто-то из наших матросов в ее присутствии проговорился или девица дошла до всего своим умом, но мне она стала задавать такие вопросы, что правду я ей сказать не смог, а врать – не умею. Как там писал тов. Хайнлайн – сия девица «не дура».

Пусть Ирина введет ее в реалии нашей жизни. Я думаю, две молодые представительницы слабого пола быстрее найдут общий язык. Прикинув и так, и этак, мы с командиром пришли к выводу, что это, пожалуй, будет самым приемлемым вариантом.

Не обошлось наше путешествие без приключений. На траверзе Констанцы, или, как ее пока еще здесь называют, Кюстенджи, на нас из тумана выскочил турецкий пароходо-фрегат.

По всей видимости, он рассчитывал на то, что в условиях плохой видимости сумеет добраться до Синопа, где пока еще не было нашего гарнизона. Но не повезло турку. Точнее, не турку, а англичанину, который командовал этим фрегатом. Он попытался от нас оторваться, но после предупредительного выстрела спустил флаг, даже не сделав попытки оказать сопротивление. Видимо, британский коммодор Грэг Кларк очень дорожил своей жизнью.

Правда протестовал он очень бурно, брызгал слюной и угрожал нам карами земными и небесными.

Но продолжалось это слюноизвержение недолго. Возмущенного британца отправили в компанию его соотечественника, плененного в Батуме, а турок высадили на шлюпки и предложили плыть назад, в Кюстенджи, благо расстояние до него было не более десяти-двенадцати миль. Доплывут, если жить захотят. А фрегат утопили – конструкция у него была старая – гребные колеса, паровая машина донельзя изношенная, – так что пускать на дно такое антикварное судно было не жалко.