Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

И тут командир «Москвы» все-таки сказал наконец свою историческую фразу:

– Боевой флаг поднять, британцев уничтожить, и да помогут им их боги – Фунт и Стерлинг!

Флагманский броненосец британского адмирала Горнби «Александра» уже миновал нас, и теперь прямо у нас по курсу был второй британский броненосец – «Ахиллес». Те секунды, когда белоснежный с голубым крестом Андреевский флаг слетал с мачты, наверное, порадовал британского адмирала – ведь он, убогий, наверное, надеялся, что, испугавшись мощи Ройал Нэви, противник сдается на милость победителя… Лошадиный хрен ему в обе руки, – вместо белого флага на мачту взметнулся алый, боевой, с таким же синим андреевским крестом и наложенным на него белым, георгиевским.

И все хорошее для британского адмирала на этом кончилось, причем навсегда. Сей момент хорошо запечатлен в документальном фильме «Новый Саламин». Британцы сами подошли на дистанцию «пистолетного выстрела» и получили в лоб то, что в обычном бою вряд ли бы использовалось как оружие. Реактивные бомбовые установки РБУ-6000 с воем и грохотом отработали по британским броненосцам. Правая – по «Александре», левая – по «Инвинсиблу», третьему в колонне.

На каждый броненосец ушло по шесть бомб. Ситуация была такова, что действовать надо было решительно, задавив в себе жабу, и тратить боеприпасы по принципу – кашу маслом не испортишь. Вот если бы между нами было миль пять… Но в таком случае и скорострелки и бомбометы молчали бы, а в ход пошли бы торпедные аппараты и артиллерийские орудия.

Тем временем, пока бомбы еще находились в воздухе, башенная установка АК-130 выстрел за выстрелом, словно забивая гвозди, лупила по находящемуся прямо перед нами «Ахиллесу».

По нему же полосовали словно огненной плетью баковые скорострелки АК-630. У этой штуки минимальная очередь, по-моему, двести снарядов. Огненные шарики трассеров хорошо видны в полете даже днем… Во все стороны веером летят обломки, рушится сбитая снарядом грот-мачта. Поймав от нас «горячий привет», «Ахиллес» сильно накренился на правый борт – несколько 130-миллиметровых снарядов угодили ему ниже ватерлинии. Подводная часть явно повреждена, и стрелять «Ахиллесу» уже несподручно.

В этот момент доходят первые бомбы, выпущенные сначала по «Александре», а потом и по «Инвинсиблу».

Два прямых попадания по флагману и три в «Инвинсибл». Остальные бомбы ложатся максимально близко к борту.

Краем глаза замечаю удивленно-испуганное лицо цесаревича. Грохочут взрывы страшной силы, ни с чем не сравнимые со здешними – 100 килограммов ТГА – это сколько же в черном порохе получится – полторы тонны или две… Корпус «Инвинсибла» не выдерживает, и броненосец разламывается пополам. Корабль исчезает под водой быстро, будто его никогда и не было.