Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских
А перед ним стоит цесаревич Александр Александрович с иронической усмешкой на устах, уперши руки в бока, подобно Тарасу Бульбе. Так и кажется, что сейчас прозвучит бессмертное: «Ну что, сынку, помогли тебе твои ляхи?» Или, в переложение на нынешнюю суровую действительность: «Ну что, зятек, королевский флот действительно так крут, как его малюют?»
Ведь три года назад, во время визита герцога Альфреда в Россию, наследник российского престола даже сдружился с ним. Тогда герцог Эдинбургский увез из Санкт-Петербурга молодую жену, единственную дочь императора Александра II.
На лице англичанина досада, стыд и смущение. А на лице цесаревича легкая усмешка и торжество. Кажется, что он сейчас скажет: «И за кого только мой отец отдал свою единственную дочь?!»
Но первым прервал затянувшееся молчание не он, а недоутопленный герцог.
– Алекс, значит, адмирал был прав, и это ты всё придумал? Вся эта Югороссия – это твое и только твое детище? Неужели ты устал ждать смерти своего отца и решил сам возложить на себя венец византийских императоров? Вы не забыли Севастополь, тайно готовились, строили корабли, которые должны были стать самыми сильными в мире… Кто эти люди, итальянцы, французы?.
Цесаревич усмехнулся:
– Фредди, оглянись вокруг – где эта мощь?! Половина ее уже на дне Сароникского залива.
Цесаревич вопросительно посмотрел на капитана 1-го ранга Остапенко, тот молча кивнул:
– Фредди, признаешь ли ты себя моим пленником?
– Это как в рыцарских романах, Алекс? – Герцог Эдинбургский поднял голову. – А что, у меня есть выбор?
– Есть, – ответил цесаревич. – Поскольку вы напали на русские военные корабли без объявления войны, то я могу повесить тебя на ноке реи, как обычного пирата. Военный суд в этом случае будет простой формальностью. Но это причинит горе моей сестре Марии… Хотя… если ты настаиваешь?..

















