Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских
К тому же, как сообщают газеты, в плен попал ее сын, и это для нее уже личное оскорбление, пощечина. И что за этим последует?
– Сэр, я и так знаю, что за этим последует война с Россией. Только вот кто будет с ней воевать? – Уильям Эвертс задумчиво посмотрел за окно, где отцветающие яблони роняли последние лепестки. На суше Британии с царем не тягаться. Да и не привыкли англичане сами воевать. Они всегда ищут и находят простаков, которые будут сражаться и умирать за британские интересы. Но таковых сейчас в Европе нет.
– А что на море? – спросил президент и хитро посмотрел на своего собеседника.
– А на море британцам русские уже хорошенько всыпали, – ответил Эвертс. – Тем более что, по имеющимся у нас данным, эскадра Канала сможет выйти в море не раньше чем через месяц, а то и через два. Экономия, сэр. Пока парламент раскачается и выделит внебюджетные ассигнования на новую экспедицию…
Но самое главное не в этом, самое главное в том, что самым больным местом для их острова является морская торговля.
Президент энергично прошелся по кабинету:
– Да, Билл, я помню, что именно о таком варианте развития событий мы с тобой говорили несколько дней назад. На крейсерской войне мы можем сделать хороший бизнес.
– Кого, сэр? – Госсекретарь насторожился, став похожим на сеттера, сделавшего стойку.
Президент довольно ухмыльнулся в бороду.
– Мой предшественник по Белому дому пишет, что он хорошо знаком с одним моряком, который во время войны служил в нашем флоте и у которого есть кузен. Этот кузен в гражданскую войну тоже служил на флоте, только у конфедератов. Сейчас он в отставке, живет в Алабаме, у него адвокатская практика в городе Мобил.

















