Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

«Петр Великий» не спеша рассекал серые волны. Серж уточнил у командира броненосца капитана 1-го ранга Ипполита Константиновича Вогака, что если судить по координатам места, где было назначено рандеву, то нам осталось плыть примерно полчаса.

Я закуталась в теплую шаль и, стоя на носу броненосца, высматривала в волнах корабль, на котором была Маша и ее дети. Но на горизонте я видела лишь несколько пароходов, спешивших в сторону Проливов, и паруса какой-то шхуны под германским флагом. Стоявший рядом со мной Серж время от времени поднимал к глазам бинокль и разглядывал горизонт.

В другой руке он держал какую-то черную коробочку с торчащим из нее смешным хвостиком. Как объяснил мне Серж, это был прибор, с помощью которого пришельцы из будущего могут связываться друг с другом на огромных расстояниях.

Неожиданно в этой коробочке что-то запищало, и на ее корпусе зажглись разноцветные огоньки. Серж поднес ее к уху. Из коробочки раздался мужской голос:

– «Петр», я «Ясень», вы на месте, вижу вас. Ложитесь в дрейф и подготовьте встречу дорогих гостей! Прием.

Серж начал на какую-то кнопку и ответил:

– «Ясень», я «Петр», вас понял, ложимся в дрейф, к встрече готовы.

Прием.

Потом он извинился передо мной и побежал наверх, на командный мостик. Броненосец застопорил ход, палубная команда спустила за борт трап, после чего все лишние по приказу командира ушли с палубы. И это не говоря уже о том, что перед выходом в море вся команда, от командира до последнего трюмного кочегара, дали крестоцеловальную клятву, что они никогда и никому не расскажут о том, что происходило в этом походе.

Всё было спокойно, машина броненосца перестала стучать, и наступила тишина.

Только плеск волн о борт и крики чаек. И тут свершилось! Море справа от броненосца вскипело, расступилось, и из глубины на поверхность, подобно Левиафану, повелителю глубин, поднялся корабль странной веретенообразной формы с хвостовым плавником, подобным рыбьему. Милейший Ипполит Константинович, командир «Петра Великого», от изумления не удержался и выдал то, что моряки называют Большим Загибом Петра Великого.

Невольно ойкнув, я припомнила все страшные сказки моей родины Дании про огромные морские чудовища, кракены, пожирающие корабли.

Но вот над небольшой надстройкой на флагштоке развернулся и затрепетал Андреевский флаг. Командир нашего корабля приказал матросам спустить на воду баркас. Долгожданная встреча состоялась.

Я стала разглядывать подводный корабль, воспользовавшись для этого биноклем Сержа Лейхтенбергского. По размерам корабль был даже несколько больше нашего броненосца. На нем была только одна маленькая надстройка и совершенно не было мачт, если не считать маленького флагштока. Корпус корабля казался покрытым мокрым каучуком.