Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

После разговора с полковником Бережным майор успел переодеться. Скажу прямо, выглядит он настоящим щеголем. Попросив обождать час, он послал гонцов – патруль морпехов – с запиской в свой дом. Очевидно, что в записке была какая-то особая пометка, потому что дворецкий майора, Генрих, исполнил просьбу своего шефа с максимальной быстротой. Старшему группы морпехов вскоре был вручен баул, в котором находилось все необходимое для того, чтобы его хозяин мог продолжить свое путешествие, на этот раз – как Макс Шмидт, богатый коммерсант из заморских САСШ.

Было немного смешно наблюдать, как Леонтьев косится на нашего капитана-корейца.

Даже полковник Антонова не так его смутила. Ну разве может кого-нибудь смутить женщина-полковник в стране, где три женщины-императрицы последовательно сменяли друг друга на троне?

А вот восточные народы здесь еще в диковинку. Хотя чуть ли не треть княжеских фамилий Российской империи считают себя выходцами из Золотой Орды. Был среди них даже калмыцкий хан Дондука-Омбу, который дал начало роду князей Дондуковых-Корсаковых.

Впрочем, пока еще Россия только-только начала проникать на Дальний Восток: Приморье, стараниями человека, к которому мы сейчас направляемся, присоединено к России семнадцать лет назад.

Да и порт Владивосток заложен тогда же. Так что корейцы, японцы и китайцы здесь пока еще экзотика.

Ой, а ведь не зря адмирал выбрал именно его для силового обеспечения контакта. Впрочем, как и полковника Антонову – в руководители миссии. Тут явно просматривается желание расширить кое-кому сознание даже без применения наркотических средств. Ну, а сам капитан Хон как нельзя лучше соответствует народному образу гусара – потомка поручика Ржевского.

«Врун, болтун и хохотун», да еще и вдобавок галантный «ходок» до слабого пола. Но это, что называется, в нерабочее время. Одевая камуфляж, он преображается в заправского головореза, из которых, в общем-то, и состоят эти широко известные войска.

– Евгений Максимович, – шепнул я на ухо майору, – перестаньте смотреть так на нашего капитана, словно перед вами не офицер российской армии, а цирковая обезьяна. Право же, это просто неприлично. Он такой же русский, как и все мы, только с несколько экзотической внешностью.

Не обращайте внимания на его лицо, и все будет нормально. Абрам Петрович Ганнибал внешность имел куда более непривычную для русского глаза, и ничего, со временем к нему все привыкли. И к нему, и к его потомкам. Так что будьте воистину русским, смотрите не на лицо, а в душу.

– Я постараюсь, Александр Васильевич, – так же тихо ответил майор, – только вот пока… Ладно я, а вот в Ставке наши великосветские бездельники будут пялиться на него, как дикари на паровоз.