Царица

Не то чтобы я хотела этой возможностью злоупотребить, но уж никак не упустить! Миллионы и миллионы униженных, забитых и обманутых женщин, жертв тотальной манипуляции эпохи патриархата, словно наяву с надеждой подняли на меня головы. Я им подмигнула.

– Что-то мне не нравится, как она на нас смотрит, – поежился Брэд.

– Да вот, прикидываю, как буду мстить вам за страдания своих сестер, – откровенно призналась я.

– У тебя есть сестры? – удивился Ронн и даже отставил стакан с соком в сторону.

– Я имею в виду всех женщин, которым мужчины на протяжении многих поколений внушали, что они люди второго сорта, и чьи наивность, идеализм, доверчивость и жертвенность ошибочно принимались за глупость.

– Мы-то тут при чем? – не мог взять в толк Ронн. – Я женщин никогда не обижал!

– Лично, может, и ни при чем, – согласилась я и, сделав страшные глаза, процитировала: – «Но я с тобой за их разделаюсь грехи!»

– Почему именно со мной?! – Ронн испуганно уронил кусок пиццы обратно в тарелку.

– Регина, откуда у тебя вообще такие комплексы? – поинтересовался Брэд. – Ты не очень-то похожа на девушку, сильно притесненную мужчинами.

– Генетическая память, наверное, – решила я. – Иногда и во мне в самый неподходящий момент всплывают чувства неполноценности, беспомощности и вины, которые поколение за поколением внушал мужской пол женскому.

– Надо же было как-то вами манипулировать, – пожал плечами Брэд. – Обычная политика: как правящий класс подминает под себя все остальные, контролируя их, так и правящий пол устанавливает свои правила, которые выдает за истинные. И это уже индивидуальное дело каждого, принимать их за таковые или нет. Будь у руля женщины, они бы так же использовали мужчин в своих целях.

И вообще, не такие уж вы, девочки, безобидные.

Дарт-старший выразительно покосился на мою огнеметную руку, словно ожидал, что я начну мстить уже прямо сейчас, и отодвинулся вместе со стулом подальше.

– Зачем вообще нужен правящий пол? – удивилась я. – Ведь все комплексы, навязываемые женщинам, передавались от матерей их сыновьям, и страдали оба рода. Порочный круг какой-то.

– Так это… – робко вставил Ронн, – вроде я все-таки ни при чем? Детей у меня нет, так что…

И, совершенно успокоившись, футболист продолжил обедать.

Я мимолетно взглянула на Дилана: он сверкнул на меня смеющимися глазами, но промолчал. Что-то он вообще немногословен со мной сегодня.

– Регина, если наш идеологический спор закончен, – Брэд поднялся из-за стола, – я хотел бы вернуться домой, у меня запланирована стирка.

Я подавила фырканье и согласно кивнула.

– А у меня в «Михалыче» вечерняя смена, так что я тоже пойду, – сказал Дилан и, помолчав, добавил: – Спасибо за то, что потратилась на нас, Регина. Я все верну.